ЧОКАН В ПЕТЕРБУРГЕ

Ты представь себе положение наше (я говорю о киргизах, воспитавшихся в России). Земляки считают нас отступниками и неверными…
А генералы не любят, потому что у меня мало этой восточной подобострастности.
…Я вижу теперь, что трудно одному бороться со всеми,
вижу, что истина как бы она ни была светла, не может
изгнать самых неверных заблуждений, когда они освящены временем.
Из писем Ч.Ч.Валиханова Достоевскому и Майкову

В Петербурге — туман… Не понять
Где дома, где кареты, где люди…
Эх, сейчас бы степного коня
И скакать, пока боль не убудет!

Ускакать… от накрашенных дур,
От ослов, сановитых опасно.
Ты прости меня, друг — Петербург,
Слишком многое здесь мне неясно.

Все в тумане — и подданства долг,
И великая миссия россов.
Я брожу одинокий, как волк,
И стараюсь прикинуться гостем.

Я не сын твой, но все же, я твой.
Меня Родина ждет, как заразу.
Обрекли мой народ на застой,
Но я в нем пробужу его разум.

В родах корчится старый наш мир.
Но за что наказанье мне это:
Для казахов я — дерзкий кафир,
А для русских — дикарь в эполетах?!

И все туже сжимается круг.
Меня любят лишь горные кручи.
“Все ничто перед вечностью, друг!” —
Утешает опальный поручик.

Где ты, Время?.. Подставь же плечо…
Сколько судеб в тумане разбито…
Под Петром конь взметнулся свечой
И застыл роя воздух копытом.