Все записи, Журнал "ТАМЫР" Выпуск №48 (2019-2020), Свежий номер, СОВРЕМЕННОЕ ИСКУССТВО

Чингиз Абланов. Оцепление

Действующие лица:

Шеф: командир подразделения полиции в чине капитана

Майор: человек в гражданском

Сержант

Молодой

Профессор

Студент,

Девушка,

Репортер, молодая женщина

Оператор

Неизвестные

Молодые люди

Студенты

Описываемые события происходят в городе – достаточно большом, возможно даже в столице. Город имеет разветвленную сеть улиц большинство из которых сходится к главной площади. География значения не имеет. Автору кажется, что подобная история может случиться в любой точке планеты.

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

Главная площадь. Место вокруг самого главного здания в стране. Здание оцеплено полицескими. Здесь же находится Майор окруженный репортерами

МАЙОР: Я ещё раз повторяю — никакого штурма не будет. Полиция контролирует ситуацию. Мы все заинтересованы в скорейшем разрешении конфликта и не хотим эскалации насилия.

РЕПОРТЕР: Почему к городу стянуты военные силы?

МАЙОР: Присутствие военных вызвано необходимостью поддерживать порядок. Мы противостоим слабоуправляемой толпе бунтарей и маргиналов, многие из которых находятся под влиянием алкоголя и психотропных препаратов. Армейские части будут задействованы если вдруг ситуация выйдет из-под контроля. Хотя, уверен, этого не произойдёт – наша доблестная полиция всегда стоит на страже порядка и интересов простых граждан. Прошу меня извинить

Он спешно уходит окружённый журналистами. Остаётся только девушка репортер, молодой оператор и двое полицейских).

РЕПОРТЕР (оператору): Снимай. Попробуем пройти здесь.

СЕРЖАНТ: Куда? Назад. Вырубай камеру. Хватит снимать я сказал! (Пытается руками закрыть камеру, замахивается на оператора). 

РЕПОРТЕР (Сержанту): Уберите руки!

Появляется  Шеф, в руках у него рация и наушники.

ШЕФ: В чём дело?

РЕПОРТЕР: Нам не дают снимать!

ШЕФ: Сержант?

СЕРЖАНТ: Виноват! Пытались пройти через оцепление.

ШЕФ (Репортёру): Через оцепление нельзя.

РЕПОРТЕР: Почему? Чего вы боитесь?

ШЕФ: Я беспокоюсь. За вас. Слышали, что сказал майор?

РЕПОРТЕР: Про маргиналов и бунтарей? Вы сами в это верите?

ШЕФ: Мы здесь третьи сутки, насмотрелись всякого.

РЕПОРТЕР: Чего? Расскажите!

ШЕФ: Ну хватит. Дамочка, вы мешаете моим людям работать.

РЕПОРТЕР: Почему нам не разрешают пройти через оцепление?

ШЕФ: Идите к майору. Спрашивайте у него. (обращается к Молодому). Боец, уведи!

РЕПОРТЕР (уходя): Господи, ну хоть бы они взорвали здесь что-нибудь! (Молодому) Не трогайте меня.

СЕРЖАНТ: Вот кукла! Разбить бы им камеру!

ШЕФ: Не надо. Никогда не обижай человека с камерой. Особенно если ты полицейский в оцеплении. (Кивает в сторону молодого). А это кто?

СЕРЖАНТ: Стажер.

ШЕФ: И как он?

СЕРЖАНТ: Пойдёт, в общем.

ШЕФ: А в деталях?

СЕРЖАНТ: Умник.

ШЕФ: Я могу с ним поговорить?

СЕРЖАНТ: Боец! К капитану.

ШЕФ: Новичок? Давно в оцеплении?

МОЛОДОЙ: Третьи сутки.

ШЕФ: А вообще?

МОЛОДОЙ: Третьи сутки.

ШЕФ: Понятно. Училище?

МОЛОДОЙ: Так точно.

ШЕФ: Почему к нам?

МОЛОДОЙ: Хотел защищать людей от воров и бандитов.

ШЕФ: И? Почему такой тон?

МОЛОДОЙ: Виноват.

ШЕФ: Продолжай.

МОЛОДОЙ: Я не вижу здесь воров и бандитов.

ШЕФ: Понятно. Слушай стажёр историю. Работал я первый месяц. Лет немногим более твоего. Вышли с напарником на дежурство. Идем по улице, слышим крики. Кричит женщина. И так, знаешь, кричит, уже безнадежно, что ли… Я на крик, напарник отстал, вызывал подкрепление – парень был послуживший, поумнее меня. А я нырнул во двор, смотрю — мужчина, средних лет, плотного телосложения. Бьёт женщину.  Кулаком… По лицу. Молодая совсем, руками так закрыться пытается и на меня смотрит. Ручки тоненькие. Глаза большие как у кошки. Глаза я на всю жизнь запомнил. Я к мужчине, удар в сплетение, женщину в сторону, пытаюсь того зафиксировать. На неё не смотрю, чего на неё смотреть? И тут она бьёт меня в живот. Не ножом, нет… Знаешь, чем? Напильником. Трехгранный напильник. Страшной силы удар. Ребро сломано, кровище…. Я за брюхо держусь, рана рваная. А эта сука мне в шею целиться. Так, что, боец, не говори, мне, как выглядит бандит. Понял?

МОЛОДОЙ: Так точно. А что с ней стало?

ШЕФ: С девкой? Напарник застрелил. Ещё вопросы?

МОЛОДОЙ: Если начнётся штурм. Там напротив тесные улочки и некуда деваться…Это же какая давка начнётся…

ШЕФ: Ты майора слышал? Штурма не будет. А для тебя есть задание. (Протягивает рацию с наушниками). Будешь моими ушами. Не отходи далеко. Услышишь что-то важное — докладывай.

Молодой одевает наушники и отходит

ШЕФ: Он всегда такой?

СЕРЖАНТ: Молодой ещё.

ШЕФ: Последи за ним.

СЕРЖАНТ: Слушаюсь.

ШЕФ: Устал, сержант? Трое суток без смены. Прости, возможности смениться нет.

СЕРЖАНТ: Я не жалуюсь. Просто злость берёт — законный выходной в задницу.  Разрешите вопрос?

ШЕФ: Валяй.

СЕРЖАНТ: Штурм ведь будет?

ШЕФ: Слышал, что сказал майор?

СЕРЖАНТ: Да что майор? Простите, я же не вчера родился.

ШЕФ: Сержант, а ты как к нам попал?

СЕРЖАНТ: После срочной. Предложили остаться я и согласился. А что? В армии мне нравилось. А тут ещё и платят неплохо.

ШЕФ: Скажи, а почему тебе нравилось в армии?

СЕРЖАНТ: Ну как… Порядок.

ШЕФ: Давай я тебе скажу. Не порядок, а, скорее, простота. Все просто и понятно. Решения принимаются старшими, твое дело выполнять. За решения, принятые другими отвечаешь не ты. Я прав?

СЕРЖАНТ: Так точно! (смеётся).

ШЕФ: Да ты не смущайся – я ведь сам такой. Сам пришел после армии, простым сержантом. Дослужился до офицера.

СЕРЖАНТ: Мне бы научиться излагать свои мысли как вы. Или майор… Складно и доходчиво. Замечаю, когда слов нужных не хватает, начинаешь на горло давить. А от этого становишься ещё смешнее. В смысле серьёзность теряешь. Вчера задержали трёх студентов, я ору на них, а они ржут…

ШЕФ: А ты с ними не разговаривай. Наше дело задержать, а потом с ними пусть майор разбирается. А насчёт штурма… Мы остаёмся на месте. Это военная операция.

СЕРЖАНТ: А, это хорошо. Хорошо ведь? Да, хорошо… Пусть вояки разбираются.

Подходит Молодой.

МОЛОДОЙ: Шеф, вас…

ШЕФ: Кто?

МОЛОДОЙ: Жена.

ШЕФ: Какая жена, что за бред?

Шеф забирает рацию

ШЕФ: (В рацию) Слушаю. (Молодому) Погуляй. Я… Я отключен… Был отключен, (вытаскивает мобильный телефон и включает). Когда? Куда? Почему отпустила?! Здесь же черт знает, что творится! Ладно. Я найду её. Найду! Иди домой. (отключает рацию).

СЕРЖАНТ: Всё в порядке?

ШЕФ: Да.

Шеф включает рацию.

ШЕФ: Говорит шеф. Кто у университета? Чей пост? Доложите обстановку. (Слушает). Набирает номер на мобильном. Это я. Не звонила? Как она была одета? Ну верх, низ…Понял. Продолжай ей звонить. (В рацию). Передаю ориентировку – девушка, семнадцать лет, волосы светлые. Рост метр шестьдесят. Телосложение хрупкое. Одета в светло-голубые джинсы и белую блузку. На ногах белые кроссовки. Особых примет… Примет нет. Увидишь – доложи. Нет, пока просто доложи.

Отдаёт молодому рацию.

СЕРЖАНТ: Кто это?

ШЕФ: Дочка. Утром ушла в университет. Жена волнуется.

СЕРЖАНТ: Разрешите?

ШЕФ: Что?

СЕРЖАНТ: Те парни, студенты вчерашние… Сказали, что сегодня все студенты выйдут на площадь. Может она здесь?

МОЛОДОЙ: Шеф, вас майор.

Заходит майор.

МАЙОР: Вольно. Доложите обстановку.

ШЕФ: За время несения дежурства особых происшествий не было.  Журналисты пытались прорваться.

МАЙОР: Журналистов ко мне. Всё? (Смотрит на сержанта)

ШЕФ: Сержант, бери стажёра проверьте оцепление.

Сержант и молодой уходят.

МАЙОР: Капитан, готовь людей, через пять минут начинаем. Вы выходите первыми. Армейские части пойдут следом. Зачищаем резко и жестко, не церемонимся. Всех раненых, недовольных в автобус, там разберёмся.

ШЕФ: Так тихо же вроде. Обстановка стабильная.

МАЙОР: Это хорошо как раз. Фактор внезапности сыграет нам на  руку. Момент лучше не придумаешь. Жди сигнала.

ШЕФ: Есть ждать сигнала.

МАЙОР: Командуй построение. (Уходит). 

Шеф звонит по сотовому телефону.

ШЕФ (тихо): Отвечай! Отвечай же, сука! (Набирает ещё). Пришла? Звонила? Нет? Ищи, звони всем кого знаешь, кто может знать! (Набирает ещё). Давай, давай родная, ответь. Придешь домой убью…

СЕРЖАНТ: Капитан? Объявлять построение?

ШЕФ: Нет! Подожди. Стажер, рацию! (Пытается с кем-то связаться, но передумывает).

СЕРЖАНТ: Шеф? (Шеф молчит. Сержант кричит остальным) Построение! Боевой порядок, готовность номер один. (Шефу). Капитан? Мы готовы.

Появляется майор.

МАЙОР: Капитан, в чём дело? Сигнал объявлен, почему не выступили?

ШЕФ: Рация! Стажер! Иди сюда! Твою мать, почему рация отключена?

МОЛОДОЙ: Виноват. Я думал, она работает.

ШЕФ: Думал? Дома у мамки будешь думать!

МАЙОР: Капитан, ко мне. Сержант проверь-ка бойцов ещё раз.

СЕРЖАНТ: Стажер, за мной. (уходят)

МАЙОР: Капитан, я вас не узнаю. В чем дело?

ШЕФ: Я считаю, что в данных обстоятельствах разгон не является оправданной мерой…

МАЙОР: Не тебе считать, капитан! Хватит строить из себя целку! Если вздумали соскочить, то вы выбрали не то время и не то место! Капитан, не я командую твоими людьми. Если их поведет кто-то другой, пойдёшь под трибунал.

Появляется Сержант.

СЕРЖАНТ: Стажер ранен.

ШЕФ: Что случилось?

СЕРЖАНТ: В толпе заметили построение, стали бросать камни. Ну, ему и прилетело. Его унесли.

МАЙОР: Капитан?

ШЕФ: Внимание! Взвод! Цепь сомкнуть. На рубеж валом марш!

Конец первого действия.

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

Отделение полиции. В центре на скамьях сидят Шеф и Сержант. В руках у Шефа рация. Рядом лежит амуниция. Здесь же стоит  Майор, окруженный репортерами.

МАЙОР: Никто не говорил, что штурма не будет. Мы не исключали такую возможность. Мы говорили, что постараемся избежать подобного исхода. К сожалению, толпа пошла на обострение. Нам просто не оставили иного выхода. К счастью, обошлось без жертв. Полиция сработала профессионально.  Основную массу задержанных уже отпускают. А теперь, прошу меня извинить.

Майор уходит за ним уходит свита репортеров.

СЕРЖАНТ: Полиция сработала профессионально. Поздравляю вас, Шеф.

ШЕФ (В рацию): Повторяю — девушка, семнадцать лет, волосы светлые. Рост метр шестьдесят. Телосложение хрупкое. Одета в светло голубые джинсы и белую блузку… (Сержанту) Что с молодым?

СЕРЖАНТ: Порядок. Рассечение всего лишь. Сунулся, дурак, без шлема.

ШЕФ: Сержант, там, в оцеплении я подвис немного. Спасибо, тебе, поддержал.

СЕРЖАНТ: Вы не волнуйтесь. Всех с площади везут сюда. Если она была на площади, то обязательно сюда привезут. Я ребятам ориентировку передал. Отследят.

ШЕФ: Спасибо.

Сержант встаёт и направляется к выходу

СЕРЖАНТ: А может она дома уже сидит. Чай пьет. (Выходит)

Шеф набирает номер мобильного.

ШЕФ: Это я. Нет? У меня тоже нет. Наберу.

Появляется Сержант.

СЕРЖАНТ: Шеф, ещё одних привезли. Заводить?

ШЕФ: Да!

Сержант заводит группу студентов молодых людей семнадцати восемнадцати лет. Среди них есть девушка. Впереди стоит молодой студент. Шеф оглядывает входящих и достаёт телефон.

ШЕФ: У меня один вопрос – кто-нибудь видел эту девушку? (показывает студенту фото на телефоне).

СТУДЕНТ: А вам зачем?

ШЕФ: Отвечайте на вопрос.

СТУДЕНТ: Пока не ответите, «зачем» говорить не буду.

СЕРЖАНТ: Слушай ты! Героя из себя не строй! Отвечай, как следует! Не то…

СТУДЕНТ: Не то — что? Что вы мне сделаете? Бить будете? Бейте!

ШЕФ: Сержант спокойно. (показывает фото девушке). Это моя дочь. Тоже студентка. Она пропала. Пошла утром на занятия и не вернулась.

СТУДЕНТ: Ага, а я ваш пасынок! (Девушке). Молчи! Врёт он всё.

СЕРЖАНТ: Так ну всё! Доигрался. (Замахивается).

Появляется Профессор.

ПРОФЕССОР: Прекратите! Прекратите немедленно этот произвол!

СЕРЖАНТ: Так. Ты дед марш обратно в комнату, пока тоже не получил.

ШЕФ: Вы кто?

СЕРЖАНТ: Тоже задержанный.

ПРОФЕССОР: Я преподаватель. Преподаю этим молодым людям физику.

СЕРЖАНТ: То-то я смотрю затесался переросток! А ты, препод, какого туда потащился? Или ты зачинщик?

ПРОФЕССОР: Называйте это как хотите. А потащился, как вы выразились, я чтобы защитить этих молодых идиотов, от идиотов, более зрелых.

ШЕФ: Не надо оскорблять сотрудника при исполнении. Сержант, уведи этих.

Сержант выводит студентов.

ШЕФ: Профессор, вас можно так называть? Посмотрите сюда. Вы видели эту девушку?

ПРОФЕССОР: А вам зачем?

ШЕФ: Господи! Вы все как сговорились!

ПРОФЕССОР: А что вы хотите? Люди вам не верят. Как-то вы упустили тот момент, когда превратились в пугало.

ШЕФ: Я всегда был пугалом. Профессия у меня такая быть пугалом. Чтоб люди меня пугались и вели себя как следует. На фотографию посмотрите! Это моя дочь. Она учится в вашем университете. Сегодня пошла на занятия и не вернулась. Вы её видели?

ПРОФЕССОР: Это правда, ваша дочь? Что ж, простите. Мне очень жаль. Я надеюсь, с ней ничего дурного не произойдёт. Лицо мне знакомо. Определенно видел ее в университете. Но я ей не преподаю. И сегодня её не видел. Нет. Точно нет.

ШЕФ: Скажите, профессор, вы общаетесь с ними, каждый день. Чего им не хватает?

ПРОФЕССОР: Знаете, у меня на этот счёт своя теория. Человек решается изменить существующий порядок вещей либо а: от полного отчаяния, крайней обездоленности, когда уже и терять нечего и жить так больше невмоготу, либо б от жизни хорошей, да-да, хорошей. Тогда появляется ощущение высокой ценности своей жизни  и ощущение собственного достоинства. Вот у этих молодых людей есть то, чего мне старику всю жизнь не хватало – достоинства. И мириться с существующим порядком вещей они считают ниже своего достоинства.

ШЕФ: У меня сегодня боец был ранен. Один из этих достойных молодых людей разбил ему голову камнем.

ПРОФЕССОР: А вы как хотели? Вы же выстраиваете против них три линии обороны, ощетиниваетесь против них своими щитами, палками, заграждением и думаете, что к вам они должны относиться иначе? Если есть оцепление, значит, есть люди за оцеплением и люди перед оцеплением. Вот и появляются «мы» и « они», «чёрные» и «белые», «белые» и «красные»…и вот общество разделено, вы растаскиваете его в разные стороны – «наводите диполь», простите мне мою терминологию. И получается что вы по одну сторону, а ваша дочь по другую.

ШЕФ: Успокойтесь, моя дочь не из этих…

ПРОФЕССОР: Ну вот опять, «из этих»… Из каких «этих»? А кто тогда «те»? Вы стоите друг против друга, а знаете, мир кажется очень простым если смотреть на него через прицел автомата.

ШЕФ: Ну что вы мелете? Какой прицел, какой автомат? У нас нет огнестрельного оружия. Только у офицеров. Я свой даже с предохранителя не снял.

ПРОФЕССОР: А я не вас имею в виду…

ШЕФ: Хорошо. Если вы такой миротворец, зачем же пошли на площадь?

ПРОФЕССОР: По той же причине что и вы… Вы ищете свою дочь, а я своих учеников. Ведь завтра опять начнутся занятия и они вернутся в класс, но возможно уже не все… А как мне смотреть им в глаза? Должен же я знать, что их может ожидать там, на площади?

Появляется Сержант.

СЕРЖАНТ: Профессору на выход. Приехали за вами.

ШЕФ: Вы свободны.

ПРОФЕССОР: Прощайте. Не волнуйтесь. Найдется ваша дочь. Знаете, в науке самое простое объяснение часто оказывается наиболее вероятным. Потеряла телефон, батарея села. Все так и будет, увидите.

ШЕФ: Хорошо, если бы так.

Профессор уходит.

ШЕФ: Где студенты?

СЕРЖАНТ: Оформил и отпустил. Та девушка, хочет поговорить с вами.

ШЕФ: Зови.

Входит девушка.

ДЕВУШКА: Покажите фото.

Шеф достаёт телефон и показывает фото

ДЕВУШКА: Я с ней не учусь, но у меня друзья с её факультета. Сегодня утром её видела. Она не ходила с нами. Как раз при мне её уговаривали – она отказалась.

ШЕФ: Она молодец.

ДЕВУШКА: Знаете, что она сказала? «Если пойду, меня отец убьёт». Я могу идти?

ШЕФ: Да, спасибо, тебе. Сержант!

ДЕВУШКА: До свидания. (Уходит).

Входит Сержант.

СЕРЖАНТ: Шеф, тут такое дело. В общем, когда военные пошли, толпа с площади бросилась, кто куда, многие побежали в переулок. Там людей набилось, там же тупик. А военные наседают, у них бронемашина была… И когда люди начали их  камнями обкидывать, водитель запаниковал. Ему бы заднюю включить, а он по газам…Ну переклинуло пацана! Короче подавил людей. Там раненых много и погибшие тоже есть.

Шеф бросается к выходу.

СЕРЖАНТ: Шеф, там уже нет никого! Их в морг увозили!

Бежит за ним следом.

Конец второго действия.

ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ

Морг. На полу лежат тела, покрытые простынями. Среди них бродят Шеф и Сержант. В помещении темно, оно освещается лучом фонарика Сержанта.

СЕРЖАНТ: Чёрт скользко. Шеф, пойдемте отсюда. Нет её здесь. Всё уже на три раза обошли.

ШЕФ: Как такое могло случиться, Сержант? Как мы допустили такое?

СЕРЖАНТ: Мы-то здесь причём? Нам приказано было площадь зачистить. Что приказано, то и сделали. Мы ж не виноваты…

ШЕФ: А кто? Кто виноват?

СЕРЖАНТ: А никто! Никто! В этом! Не! Виноват! Ни вы, ни я, ни даже водила тот полоумный, что людей подавил. Роковое стечение обстоятельств. Если хотите знать, они сами напросились. Нечего было на площадь идти.

ШЕФ: Кто они? Кто? Этот? (Срывает простынь). Или этот? (Срывает другую).

СЕРЖАНТ: Шеф тише. Мы и так здесь незаконно.

ШЕФ: Сержант, иди сюда! Посвети!

Сержант подходит. Луч фонарика падает на тело.

ШЕФ: Профессор! Этого не может быть, Сержант! Не может быть!

СЕРЖАНТ: Почему?

ШЕФ: Потому что когда твой полоумный водила давил людей, Профессор сидел в участке и разговаривал с нами. Кто за ним приезжал? Ты их видел?

СЕРЖАНТ: Нет. Был приказ оформить и отпустить. Вот я и отпустил…

ШЕФ: Что-то не так. Так нельзя. Так нельзя!

СЕРЖАНТ: Тише. Сюда идет кто-то.

Сержант тушит фонарь.

В темноте появляются три человека, которые волокут связанного четвёртого.  Они ставят четвёртого на колени, на голове у того мешок.

Шеф включает фонарик. Луч света освещает Майора и двух людей в гражданской одежде.

МАЙОР: Кто здесь? Капитан? Что вы здесь делаете? Не светите в лицо!

ШЕФ: Что здесь происходит, Майор?

МАЙОР: Капитан, выключите свет!

ШЕФ: Что здесь происходит?

МАЙОР: Капитан, вы самовольно оставили свой пост и находитесь здесь незаконно. Немедленно возвращайтесь на дежурство, вы офицер, и командуете людьми.

ШЕФ: Я офицер и командую людьми, и я требую объяснений!

МАЙОР: Какие вам нужны объяснения? Вы сами все понимаете. Слышали, на чём основаны лозунги этих горлопанов? Власть нас не защищает, законы не работают, справедливости нет. А если так, то право человека и его обязанность сменить власть, изменить законы и  восстановить справедливость — пусть даже и путем насилия.  А если это право человека, то почему и я не могу им воспользоваться и судить самому – не по закону, а по справедливости? По моей справедливости и по моему, собственному закону?

Шеф достаёт пистолет.

ШЕФ: Развяжите его.

МАЙОР: Не дури, капитан. (Достаёт свой пистолет и направляет его на Шефа. Сержант встаёт между ними)

СЕРЖАНТ: Спокойно! Мы все устали и раздражены. Давайте просто успокоимся, хорошо?

Майор стреляет. Сержант падает. Шеф стреляет в Майора, тот падает. Двое его помощников убегают.

ШЕФ: Сержант!

СЕРЖАНТ: Простите, испортил вам всё. Всё как-то не так пошло. Пост оставил самовольно, пули словил глупо – не при исполнении. А вас вообще могут под трибунал отдать.

ШЕФ: Сержант, держись. Я сейчас тебя отсюда выведу.

СЕРЖАНТ: Вы лучше бегите. Дочку найдите и бегите отсюда. Они вас в покое не оставят…

ШЕФ: Сержант! Сержант!

Шеф укладывает мертвого Сержанта на пол, затем идёт к человеку с мешком. Шеф срывает с головы мешок и видит Студента.

СТУДЕНТ: Не надо!

ШЕФ: Тише! Где остальные? Где девушка?

СТУДЕНТ: Я не знаю! Не знаю.

ШЕФ: Тихо! Я выведу тебя отсюда. (Поднимает Студента и выводит того на свет).

СТУДЕНТ (кричит): Помогите! Помогите!

ШЕФ: Тихо! Тихо, не ори!

Появляется группа молодых людей.

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК: Смотрите, полицай!

Молодые люди нападают на Шефа и долго и жестоко избивают его. Студент убегает прочь. Наконец они бросают Шефа и уходят. Шеф с трудом садится, достаёт телефон, и трясёт его. Телефон разбит. Шеф включает рацию

ШЕФ: Внимание всем кто меня слышит. Передаю ориентировку.  Пропала девушка, семнадцать лет, волосы светлые. Рост метр шестьдесят. Телосложение хрупкое. Одета в светло голубые джинсы и белую блузку. На ногах белые кроссовки.  Особые приметы – родинка под правой ключицей, на лопатке небольшая татуировка в виде бабочки. На правой стопе слабозаметный шрам сантиметра три. Она наступила на разбитую бутылку, когда ей было шесть. Это было на море, и я нес её домой на руках. Прикус исправленный, она носила пластинку. Всем кто меня слышит. Пропала девушка. Всем кто меня слышит…

КОНЕЦ