Все записи, Журнал "ТАМЫР" Выпуск №48 (2019-2020), ПРОЗЫ, Рубрики журнала, Свежий номер

Артур Джумагари. Кожабек-ата

Артур Джумагари — слушатель открытой литературной школы Алматы. Родился и вырос в городе Ташкенте, Узбекистан. С 2000 года живет в городе Алматы, Казахстан.

 

Кожабек-ата

 

Кайрат пил. Не просыхал по несколько дней. Напьётся, жену изобьёт, детей из дому выгонит. Утром, проснувшись, ничего не помнит. Хотя и трезвым он не отличался добрым нравом. Мадина, жена его, возила мужа к именитым врачам, кодировала, по бабкам да ясновидящим таскала, проклятия и порчу снимала. Кайрату ничего не помогало. С каждым разом лютовал он всё сильнее. В десяти километрах от дома находилось старое кладбище с могилой святого – Кожабека-ата. Два раза в неделю Мадина ездила туда. Молилась, просила Всевышнего вернуть мужу разум.

 

                                                      ***

В один из дней Кайрат не вернулся домой. Ещё в обед он с мужиками на дальнее пастбище уехал – срочная шабашка подвернулась. С работой бригада управилась быстро. Потом, как всегда, выпили, закусили и навеселе поехали назад. Ночь застала их в пути. В дороге машина заглохла. Водитель, матерясь, долго копался в темноте, пытаясь завести мотор. Наконец, хлопнув крышкой капота, громко прокричал:

– Ну всё, мужики, кина не будет! Мотор звездой накрылся. Теперь надо ждать до утра. Тягач с вахтовиками завтра здесь проезжать будет. Он нас на буксире до базы дотащит.

Мужики, непонятно чему, вначале обрадовались, шутили, потом притихли. Водка закончилась. В степи быстро холодало. Набрав сухой травы, развели костёр, подожгли покрышку от запаски. Кайрат был зол. Праздник только начинался – и такой облом. Гнев выпирал наружу. Он стал придираться к собутыльникам, ища повод подраться. Долго ходил вокруг машины, сплёвывал сквозь зубы сигаретную мокроту. На душе было мерзко. Зная буйный характер Кайрата, все молча наблюдали за ним, никто не спорил.

Подойдя к водителю, Кайрат гневно спросил:

– Эй ты, индюк плешивый, сколько отсюда до трассы топать?

– Километров тридцать, если по дороге.

– А по прямой?

– Не знаю, – ответил парень.

– Как это ты не знаешь? Это твоя обязанность – знать, – заорал Кайрат. – Ведь это ты, ослиная твоя голова, затащил нас сюда!

Отступив в темноту, водитель неуверенно пробормотал:

– Километров пять, наверное. Может больше.

Кайрат задумался. Закурил сигарету.

– Кто пойдёт со мной? – громко спросил он у мужиков.

Все молчали.

– Да и хрен с вами, подохните здесь. Я и без вас один дойду, – процедил он сквозь зубы.

Бросив окурок на землю, мужчина посмотрел на небо, потом по сторонам, достал новую сигарету и зашагал тяжёлой неровной походкой по степи. Первый час Кайрат шёл в полной уверенности, что скоро выйдет на трассу, поймает машину и быстро доберётся до населённого пункта. Деньги распирали карман, а значит, гулять ещё можно несколько дней. Пить в одиночестве он не любил. Время от времени мужчина останавливался, смотрел вдаль, ожидая увидеть в ночи огни проезжающих машин. Степь быстро забирала силы.

Кайрат устал, рубашка взмокла от пота, в ногах появилась дрожь. Ещё через час он понял, что заблудился. Дорогу назад уже не найти, идти вперёд не имело смысла. Вдобавок нестерпимо хотелось пить. В голове вертелись дурные мысли. Он думал, на ком выместит свой гнев, когда вернётся домой. От похмелья и жажды разболелась голова. Кайрат решил дождаться рассвета. Увидев перед собой каменный валун, он сел за него с подветренной стороны. Обняв колени, попытался согреться. Так в позе эмбриона и задремал. Через час небо на востоке окрасилось в розовый цвет. Степь постепенно приобретала другие черты. Возле камня рос невысокий кустарник. На его листьях сверкали капельки росы. Кайрат проснулся и принялся слизывать влагу с растения. Во рту появился горький привкус. Вдруг он услышал звон колокольчика. Мужчина вскочил на ноги, огляделся и пошёл на звук. В метрах пятистах от себя он увидел фигуру идущего человека.

– Эй, эй! Подожди! – закричал он.

Человек остановился. Кайрат подбежал к нему. Перед ним стоял седой старик, вроде пастух. Возле его ног крутился белый козёл с колокольчиком на шее и с глазами ярко-василькового цвета. Кайрат удивился и хотел рассмотреть животное получше, но сейчас было не до него. Пастух опирался на деревянный посох. Серый халат повязывался кушаком, на голове торчала чёрная овечья шапка, на ногах короткие сапоги.

– Пить, дай мне скорее пить! – с трудом вымолвил Кайрат.

Пастух посмотрел на мужчину и спокойным тоном ответил:

– Балам, у меня нет воды.

– Как так нет? Ты что, ходишь по степи без воды? – Кайрат выпучил глаза.

– Я здесь недалеко живу, потому и не беру её с собой.

– Ну тогда пошли скорей к тебе. Я умираю от жажды.

Старик молча повернулся и засеменил уверенной походкой.

Кайрат пристроился сзади.

Минут через сорок он обратился к проводнику:

– Старик, сколько нам ещё идти? Мои силы на исходе.

– Уже немного осталось, – коротко ответил пастух.

Солнце выкатилось из-за горизонта. Воздух быстро прогрелся. Иногда старик останавливался, дожидался попутчика, затем шёл дальше.

Кайрат совсем расклеился. Потухшим жалобным голосом он проговорил:

– Старик, ну где же твой дом? Я не могу больше идти. Мне надо отдохнуть…

Не обращая внимания на нытье мужчины, пастух без конца что-то бормотал себе под нос.

Кайрат остановился, устало сел на землю, потом прилёг. Его несколько раз вырвало. Достав из халата платок, старик протянул его лежащему.

– На, балам, возьми, вытрись, – произнёс он.

Мужчина лежал с открытыми глазами, тяжело постанывая.

Старик положил сухую шершавую ладонь ему на лоб. Покачав головой, произнёс:

– Эх, совсем не любишь себя. Так жить плохо.

Достав из рукава халата чёрный финик, он положил его в рот лежащему.

– Жуй, но не глотай, – предупредил он. – Первую жидкость выплюни, а потом попей слюны.

Отойдя в сторону, пастух присел на корточки, положив посох к себе на колени. Козёл резво носился вокруг, поедая сухую траву. Звон его колокольчика далеко разносился по степи. Старик обратился к мужчине:

– Балам, нельзя долго лежать. Солнце высушит тело, заберёт силы. Вставать надо. Идти надо.

Финик и вправду оказался целебным. Кайрату заметно полегчало. Он поднялся на ноги. На щеках проступил румянец, в глазах появился блеск.

Посмотрев на старика, он криво усмехнулся и спросил:

– Пастух, а ты не мог мне сразу дать свой волшебный финик? Зачем ждал, пока я свалился?

Старик не ответил. Поднявшись на ноги, он поманил рукой мужчину за собой.

Сил у Кайрата прибавилось. Он обогнал пастуха и быстрым шагом пошёл впереди. Вскоре они подошли к холмам. Дорога, петляя, поднималась вверх. Преодолев трудный участок, Кайрат взобрался на каменный выступ. На соседнем склоне виднелись кирпичные строения.

– Ну наконец-то! – воскликнул он.

Не дожидаясь старика, мужчина торопливым шагом спустился в низину. Тропа привела его к руслу наполовину высохшего ручья. В мелкой лужице жёлтого цвета плавали жуки. Пить затхлую воду мужчина не решился. Приложив последние усилия, он поднялся к строениям. Его взору открылась ровная площадка с десятком мазаров. Кайрат был вне себя от ярости. Он совсем не ожидал оказаться на кладбище. Захоронения казались заброшенными. Дождавшись пастуха, Кайрат подскочил к нему с обвинениями:

– Старик, ты куда меня привел? Это же старое кладбище! Здесь нет людей и воды. Где твой дом?

– Мой дом здесь, – спокойно ответил пастух. – Взгляни наверх, видишь проход между скалами? Там я и живу.

Козёл старика громко заблеял и побежал к зелёным кустам на склоне.

– Вот скотина, тварь уродливая, ну и обжора твой козёл! – выкрикнул Кайрат. –Какого хера ты повесил ему на шею колокольчик? Он задолбал меня своим звоном.

Пастух никак не реагировал на гневные крики мужчины.

Подойдя к ближайшему мазару, Кайрат сел возле входа, прислонившись спиной к кирпичной стене. Злым и измученным взглядом он уставился на старика. Только теперь он разглядел его получше. Пастух был невысокого роста, сухощавый, с морщинистым лицом. Низкие надбровные дуги скрывали выражение глаз. Отдышавшись, Кайрат немного успокоился.

– Слушай, старик, ты чего, здесь живёшь, что ли? Место совсем глухое, – удивлённым тоном спросил Кайрат.

– Кто-то ведь должен за могилами присматривать, – спокойно ответил пастух.

– А, понятно. Так ты сторожем здесь работаешь?

– Да, я могилы охраняю.

– И от кого, от ветра или от пауков? – ехидно усмехнулся мужчина.

Старик промолчал.

– Ну да ладно, – снисходительным тоном добавил Кайрат. – Каждому своё.

Пастух стоял рядом, поглядывая на попутчика.

– Вот шайтан, как же я хочу пить, – запричитал мужчина. – Пастух, перестань зыркать на меня. Давай уже, пошли к тебе домой. Сил моих больше нет.

– Сейчас, сейчас, потерпи ещё немного.

– Чего ты ждёшь? Когда я копыта откину?

Кайрат с трудом ворочал языком, но продолжал болтать без умолку.

– Старик, скажи мне, а тебе не страшно жить среди мертвецов?

– Мёртвых не надо бояться. Они живых не трогают.

Кайрат засмеялся.

– Ах, ты у нас ещё и философ! Наверное, и стихи пишешь у себя в пещере? Ох, и везёт же мне сегодня на умников. Сначала водитель-академик попался. Водку жрёт, как мерин, а в машинах ни черта не смыслит. Теперь вот старик-учёный в уши ерунду заливает. Что за жизнь такая дрянная.

Из кустов показался козёл. Он подбежал к старику. Пастух что-то сказал ему, и тот направился в мазар.

– Сторож, а имя у тебя есть? – спросил Кайрат.

– Кожабек – моё имя.

– Что-то я тебя раньше не видел в этих местах. Пришлый, что ли? Откуда будешь?

Старик махнул рукой в сторону:

– Оттуда я.

– Ладно, не хочешь, не говори, – тяжело вздохнув, проговорил Кайрат. Мне вообще по фигу, кто ты такой.

Старик зашёл в мазар, куда ранее забежал козёл. Через минуту он вышел с глиняным кувшином и пиалой.

У Кайрата глаза округлились от удивления:

– Старик, а у тебя что в кувшине, вода?

Кожабек утвердительно кивнул.

– Ты совсем из ума выжил? Я погибаю от жажды. А ты… Ну ты и тормоз.

Старик, не обращая внимания на недовольство Кайрата, налил ему в пиалу воды. Мужчина выхватил из рук пастуха кувшин и стал жадно пить прямо из горлышка.

– Не торопись, балам. Пей понемногу, мелкими глотками, – пытался остановить мужчину сторож.

Кайрат не слушал. Кувшин быстро опустел. Остатки воды он вылил себе на ладонь и намочил лицо и шею. Облегчённо вздохнув, мужчина расплылся в довольной улыбке.

– Уф, какой же это кайф!

Старик поднял пустой кувшин с земли и поставил у входа в мазар. Мужчина сидел довольный. Несколько раз он широко зевнул. Глаза слипались. Идти уже никуда не хотелось. Он попытался что-то сказать, бормоча невнятно, но через мгновенье уже спал крепким сном.

Проснулся Кайрат уверенный, что прошло всего несколько минут. Он сидел на том же самом месте, прислонившись к стене. Солнце исчезло за горизонтом. Наступили сумерки. В голове, как и в теле, ощущалась слабость.

– Старик, ты где!? – прокричал Кайрат.

Ему никто не ответил.

– Эй, Кожабек, ты куда пропал? Помоги мне! Мне опять нехорошо. Дай мне свой финик.

Мужчину колотила дрожь. Наверху послышался шум. Кайрат поднял голову. Козёл старика спускался с холма, обходя сыпучие камни. Мужчина попытался подняться, но у него закружилась голова, и он опустился на землю. Обнаружив тропу, козёл направился в сторону человека. Подойдя близко, он уставился на сидящего. Кайрат высунул язык и состроил ему гримасу. Козёл фыркнул, постучал копытом о землю, развернулся и полез на соседний холм. Кайрат закричал ему вслед:

– Эй ты, тупое животное, а ну вернись назад! Где твой хозяин? Позови его сюда!

Козёл, игнорируя крики человека, скрылся в кустарнике. Кайрату опять захотелось пить и вдобавок есть. Он сидел, размышляя, что ему делать дальше. Сейчас весь окружающий мир казался ему каким-то нереальным. Словно он находился во сне. «Старик, явно больной на всю голову, то непонятный финик мне подсунул, то водой в самый последний момент напоил, а теперь исчез куда-то! Да, жить на кладбище – можно быстро свихнуться».

Кайрат начал злиться на себя, на людей, на плохие обстоятельства. Диск полной луны выполз из-за холма и поплыл по небу. Кайрат заставил себя подняться и зайти в мазар. Обыскав все углы, он не нашёл источника воды. Внутри помещения было тепло и сухо, но провести ночь среди могил показалось ему плохой идеей. На могильном холмике лежала серая каменная плита. На ней просматривалась арабская вязь. Кайрат достал зажигалку, посветив, попытался прочесть надпись. Выйдя из мазара, мужчина огляделся. В ночном небе горели звёзды. Свет луны освещал всё пространство вокруг бледным светом. Кайрат решил подняться на вершину холма. «Может, мне повезёт и я увижу огни какого-нибудь селения», – подумал он. 

Тропинка, ведущая на вершину, едва просматривалась. Кайрат поднял длинную сухую палку, лежавшую возле мазара, приспособив её как посох. Тяжёлой медленной поступью он начал подъём. Неожиданно откуда-то сверху послышался стук копыт. В надежде, что это могут быть люди, мужчина ускорился. Звук приближался. Всадник или всадники спускались навстречу ему. Неожиданно в воздухе раздался протяжный истошный крик. Кайрат замер, не в силах пошевелиться. Нечеловеческий вопль повторился вновь. Мужчина с ужасом посмотрел на приближающуюся фигуру. Теперь их разделяло не больше двадцати метров. Фигура на мгновение скрылась за кустарником и тут же появилась рядом. Перед Кайратом стояла бледно-синяя старуха с распущенными волосами и лицом, наполненным ненавистью. Она тянула к нему свои костлявые руки. Глаза её горели зловещим багровым светом. Страх парализовал мужчину. Старуха передвигалась на кривых ногах, оканчивающихся копытами. От неё исходил сильный запах серы и тухлых яиц. Широко раскрыв беззубый рот, она бросилась на мужчину.

Одновременно в воздухе прозвучал громкий удар хлыста. От этого звука старуху перекосило. Она дико завизжала и отскочила назад. Почти сразу прозвучал ещё один хлёсткий удар, затем ещё и ещё… Старуха изворачивалась всем телом, надсадно хрипела, но продолжала тянуть в сторону человека костлявые руки. Оцепенение, в котором находился Кайрат, отпустило. Он бросил в старуху палку и со всех ног побежал обратно к мазару. Вбежав внутрь, мужчина забился в угол и застонал. Время от времени он слышал, как снаружи старуха громко завывала, произнося его имя. Кайрат со страхом ожидал, что она войдёт в мазар и набросится на него. Сквозь дверной проём пробивался лунный свет. Неожиданно на пороге появилась длинная тень. Кайрат стал истошно орать во всё горло. Тень вошла в мазар. В следующее мгновение он с облегчением вздохнул. Это был сторож. В руках он держал длинный пастуший хлыст. Кайрат нервно засмеялся. Из его глаз хлынули слёзы. Опустившись на пол, он потерял сознание.

Очнувшись, мужчина увидел над собой масляную лампаду, подвешенную под потолком. Старика рядом не было. Кайрат напряжённо вслушивался в звуки ночи. Сознание отказывалось верить в увиденное. Разум искал рациональное объяснение. Примерно через час, осмелев, он подполз к выходу и осторожно выглянул наружу. Страшной старухи нигде не было. В голове пульсировала одна мысль: «Надо срочно отсюда бежать». Преодолевая страх, мужчина вышел из мазара и побежал к тропинке. Неожиданно в нос опять ударил запах серы. Кайрат попятился назад. В темноте на склоне появились два горящих огонька. Они быстро двигались в его сторону. Кайрата затрясло. Ужасное лицо старухи выступило из тени деревьев. В ночи зазвенел колокольчик. Между старухой и мужчиной появился козёл. Он принялся бить копытами о землю. Старуха вдруг замурлыкала, словно котёнок, и отступила в темноту.

Сзади Кайрата ударили по плечу. Мужчина завертелся на месте, присел на колени и упал на землю.

– Ты зачем вышел из мазара!? – закричал старик. – Видишь, она беснуется, тебя ищет! А ну быстро назад!

Кайрат без лишних слов побежал к мазару. Остановившись у входа, он дождался старика и потерянным голосом спросил:

– Мне обязательно надо зайти внутрь? Может, я лучше рядом с вами побуду?

Не обращая внимания на слова мужчины, старик продолжил выговаривать ему:

– Её ведь только недавно из тёплого дома выгнали. Ей сейчас холодно и больно.

– Из какого дома? – прошептал Кайрат.

– Из того, в котором она жила всё это время.

Кайрат остолбенело глядел на старика.

– Ты всё это время был для неё домом. С фундамента, кирпичик к кирпичику, строил для неё уютное жилище, – жёстким тоном произнёс старик. – Когда пил запоями. Когда в беспамятстве измывался над женой и детьми. Когда сквернословил и людей обижал. Эта тварь внутри тебя жила, питалась твоими страхами, гордыней и злобой.

– Старик, Кожабек… Кожабек-ата, постойте, что вы такое говорите? Как такое могло находиться внутри меня? Эта же какая-то тварь… – заикаясь, забормотал мужчина.

– Вот именно, что тварь. И ты был таким. Сегодня, пока ты спал у мазара, я вытащил её из тебя. В степи мне с ней было не справиться. Я потому и привёл тебя сюда. Здесь место намоленное, святое. Сюда она не посмеет сунуться. От ручья в низине и до начала оврага ей не пройти.

Кайрат побледнел и весь покрылся испариной. Старик продолжил говорить:

– Тварь увидела тебя, когда ты вышел за пределы святого места. Я едва успел спасти тебя. Ох, и не любит же она свист этого хлыста! Мне его сам Молдалал-баба подарил. Шайтаны жуть как его боятся.

Кайрат слушал Кожабека-ата, нервно кусая ногти, боясь отойти от него хотя бы на шаг.

Козёл продолжал бегать вдоль оврага и время от времени стучал копытами о землю.

– Кожабек-ата, скажите, а что ваш козёл сейчас делает?

– Это мой Борька. Он не позволяет старухе подманить тебя. Она знаешь, какая хитрая? Может кем угодно притвориться, а если поймает глазами взгляд, то уже не отпустит. Когда Борька бьёт копытами о землю, разрушает её бесовские чары.

– Дедушка, скажите, что мне теперь делать? Я же не могу постоянно находиться здесь. Мне домой надо идти.

– До утра посиди в мазаре, молись и проси Всевышнего о помощи. Утром она исчезнет, но с наступлением сумерек опять вернётся. Ей без человеческого тела тяжело. Она ещё долго будет вокруг тебя крутиться. Я запечатал ей дорогу. Но ты должен пообещать мне, что бросишь пить, иначе она опять завладеет тобой.

Кайрат внимал каждому слову Кожабека-ата, беспрестанно кивая головой. Наконец старик произнёс:

– Всё, балам, иди в мазар. А мне надо кое-что закончить.

Кайрат замялся.

– Кожабек-ата, я плохо знаю Коран, и верующим никогда не был.

– Неверующие – это те, кто души не имеет, а у тебя она светлая. Читай молитвы своими словами, что сердце подскажет, – ободряющим тоном сказал старик.

Кайрат до утра просидел в мазаре. Впервые в жизни он просил Бога помочь ему избавиться от злых душевных недугов и скверны. С первыми лучами солнца он вышел наружу. Его спаситель ждал его, сидя на камне.

– Ну что, Кайрат, с возвращением тебя! Давай помогу тебе умыться перед дорогой, – с улыбкой на лице произнёс старик.

Кайрат разделся по пояс. Кожабек-ата полил ему водой из кувшина. Мужчина с опаской глядел в сторону оврага.

– Не бойся, её там уже нет, – сказал старик.

Протянув руку, он раскрыл ладонь. На ней лежал кожаный амулет.

– Это тебе. Носи его и не снимай. Там благословение твоей прабабушки – Айганым-апа. Это она попросила меня помочь тебе.

Кайрат удивлённо воскликнул:

– А я думал, что это моя жена, Мадина. Она всё время на могилу к вам ходила.

Старик улыбнулся.

– Твоя Мадина – благочестивая женщина. Ты должен каждый день благодарить её за то, что она для тебя делает. Если бы не она, ты давно бы уже помер или сошёл с ума. Но супруга твоя приходила не ко мне. Сама того не зная, она совершала молитвы у могилы твоей прабабушки. И ты сегодня всю ночь провёл в её мазаре. Айганым-апа дала мне финик и кувшин с водой специально для тебя.

Кайрат стал рыдать как маленький ребёнок. Кожабек-ата обнял его и легонько похлопал по спине.

– Ну всё, всё, перестань плакать. Самое страшное уже позади. Тебе пора идти. Борька проводит тебя до порога дома.

Мужчина упал на колени, без конца повторяя слова благодарности. Кожабек-ата мягко отстранил его и показал рукой, чтобы он уходил.

Стоя на вершине холма, Кайрат в последний раз обернулся и посмотрел в сторону кладбища. Две фигуры, одна – старика, вторая – согбенной женщины, смотрели ему вслед…

 

***

С той самой ночи Кайрат изменился. Пить перестал. С прежней работы уволился. Вместе с детьми стал пасти скот. Старое кладбище он привёл в порядок. Всё починил и покрасил. В соседнем посёлке он как-то рассказал об этом случае мулле. Тот поделился с участковым и врачом. Втроём они приехали к нему домой, долго беседовали. Хотели в больницу на обследование положить. Мадина не позволила. Всех прогнала.

Пастухи говорили, что Кайрат, когда заблудился и стал слизывать росу с растения, отравился. Ту траву даже животные обходят стороной. Галлюциногенная она.

 

 

1620 июня 2017 года

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *