Айдар Атчабаров. Первые герои борьбы с Семипалатинским ядерным полигоном

История человеческого существования показала, что далеко не всегда интересы государства в глобальном мире совпадают с чаяниями народа, населяющего его. Более того, если общественно-политический строй такой страны заражён вирусами тоталитаризма, волюнтаризма  и коррупции, то такие ценности как человеческая жизнь и права человека девальвируются в первую очередь. Ярким примером такого государства был Советский Союз, который в безудержной гонке вооружений подвергал народы, населяющие необъятные территории сверхдержавы неимоверным испытаниям и лишениям. Для казахского народа, пережившего до этого ужасы коллективизации и голодомора, такой кровоточащей раной стал Семипалатинский ядерный полигон.

Представители военно-промышленного комплекса (ВПК) Советского Союза всячески уверяли всех в том, что проводимые ими ядерные испытания на Семипалатинском полигоне абсолютно безвредны для здоровья людей, и соблюдение их безопасности находится под строгим контролем.

Президент РК Н.Назарбаев в своей книге «Эпицентр мира», 2001, с.59-60 писал: «Времена, в которые проводились ядерные испытания, были не просто иными. Времена были жестокими. Никто не возмущался, ощутив землетрясение от взрыва или даже увидев второе солнце среди ясного дня. О забастовках и протестах и речи не было. Излюбленным методом укрощения строптивых была психиатрическая лечебница. Руководство бывшего СССР проводило испытания, не советуясь не только с населением, но даже и с бюрократической верхушкой тогдашнего Казахстана. Ведь руководство Казахской ССР просто назначалось и снималось с работы из центра. Исключительное послушание командам  из Москвы составляло единственную возможность сохранить свой пост. Воистину молчание ягнят…».

Но наш случай, о котором мы рассказываем, особый и выбивается из этого устоявшегося порядка. Подтверждением этому являются слова Президента РК из этой же книги, с.64, которые говорят сами за себя, подчеркивая неординарность события: «Впервые достоверные и систематические данные о пагубном воздействии испытаний на Семипалатинском ядерном полигоне были получены в результате широкомасштабных медико-экологических исследований, проведенных Академией наук Казахской ССР. Руководил исследованиями и возглавлял научные экспедиции профессор Бахия Атчабаров. Экспедиция вела исследования в радиологическом, клиническом и ветеринарном направлениях».

Вопреки угрозам и лживым заявлениям военно-промышленного комплекса (ВПК) Советского Союза о безвредности ядерных испытаний, Б. Атчабаров – директор Института краевой патологии Академии наук КазССР, своими научными исследованиями в 1957–1960 гг. показал их вредное влияние, выявив у обследованного населения людей с лучевой патологией, проявившуюся в виде острой, подострой и хронической форм. Этому виду лучевой болезни он дал название «Синдром Кайнара», как новому виду болезни, не встречавшемуся доныне и не описанному в литературе.

В то время в Советском Союзе никто вслух не мог говорить что-либо о Семипалатинском испытательном ядерном полигоне, тем более, о запрете испытания атомного оружия. Такая позиция была бы воспринята как антигосударственная, равносильная государственной измене. Несмотря на это, Б. Атчабаров в 1958 г. обратился с докладной запиской на имя ЦК Компартии и Правительства Казахстана, где писал: «…испытание атомных бомб на Семипалатинском полигоне привело к развитию у людей лучевой болезни и ставил вопрос «о необходимости принятия серьезных мер», имея ввиду приостановку, то есть прекращение проводимых испытаний. Но на это обращение со стороны Правительства отклика не последовало». (Б. Атчабаров «Заблуждения, ложь и истина…», Алматы, 2002, с.5).

Здесь было бы уместно рассказать о причинах, побудивших организовать эти исследования. Для этого надо будет вернуться на 4-5 лет назад в их предысторию. Академик НАН РК С. Балмуханов, в своей книге «Ядерный полигон моими глазами», Алматы, 1998 г., писал о том, что он в 1952-1953 гг., будучи главным радиологом Минздрава КазССР, проводил исследования по выявлению пагубного влияния на здоровье людей ядерных испытаний Семипалатинского полигона и, что, еще до начала своих исследований, он, якобы просмотрев истории болезни больных, проживавших в Семипалатинской области, сразу же поставил им диагноз подострой лучевой болезни.

Далее он говорит о своей “двухлетней напряженной работе” по изучению этого вопроса. Если учесть, что он еще до начала своих исследований установил факты наличия лучевой болезни у людей, то можно представить, какой объем такого явного компромата на ВПК он должен был собрать за эти два года, с которым можно было аргументировано оспаривать заявления ВПК о безвредности проводимых им испытаний. Но первая же встреча с представителем Семипалатинского  ядерного полигона сводит к нулю результаты исследовательской работы научного коллектива. С. Балмуханов, выслушав заявление этого представителя ВПК о том, что все обнаруженные симптомы и синдромы у обследованных людей не что иное как проявления недостатка витаминов, следствие высокой заболеваемости населения бруцеллезом, туберкулезом и т.д., покорно и безропотно согласился с его доводами и позицией. Он, которому, как главному радиологу Минздрава республики, вверено было контролировать здоровье населения и радиационную безопасность в областях, прилегающих к ядерному полигону, забыл о своих прямых должностных обязанностях. Видимо с этого времени он впал в обаяние ВПК и стал прислуживать ему.

Прошло четыре года. Ядерные взрывы на земле и в атмосфере на Семипалатинском полигоне продолжались, и конца им не было видно. Проблему, связанную с изучением влияния ядерных испытаний на здоровье людей надо было решать. Минздрав КазССР после провала своих исследований, которыми руководил С. Балмуханов, не найдя в своем ведомстве исполнителя такой неординарной и сложной работы, в начале 1957 г. обратился к Б.Атчабарову – директору НИИ краевой патологии Академии наук КазССР с вопросом о том, как он смотрит на эту проблему и не возьмется ли он за её решение. Б. Атчабаров волен был отказаться от этого предложения, но он решил взяться за изучение этого вопроса в полной  мере осознавая, что в ходе предстоящих исследований  ему придется вступить в противостояние с таким могущественным и грозным противником как ВПК, со всеми вытекающими из этого последствиями. Он в своей книге (с.51) говорит об этом очень скромно и ответственно, как настоящий гражданин и патриот своей страны: «Я подумал о том, что, в конечном счете кому-то надо взяться за решение этой научной задачи, и обратился к Президенту Академии наук Казахской ССР Канышу Имантаевичу Сатпаеву с ходатайством о разрешении Институту краевой патологии организовать экспедиционные исследования по изучению радиоактивного загрязнения территории Семипалатинской области и выяснению его влияния на здоровье людей. К.И. Сатпаев принял ожидаемое решение – санкционировал проведение научных исследований согласно предложенной мною программе».

К. Сатпаев мог отказать ходатайству Б.Атчабарова, и на то была веская причина – предстоящее вхождение в сферу влияния ВПК, но Президент Академии наук поддержал его самоотверженную  инициативу.

Затем начились широкомасштабные  научные исследования с выездом в экспедиции в несколько областей Казахстана. Эти исследования проходили под жестким и неусыпным вниманием ВПК.  Для того, чтобы в таких  условиях получить достоверные и систематизированные данные о пагубном влиянии ядерных испытаний на здоровье людей и окружающую среду, необходимо было в первую очередь руководителю этих исследований Б. Атчабарову проявлять высокий профессионализм, непреклонную волю и мужество, оппонируя грозному ВПК.

После завершения этих четырехлетних исследований, научные материалы по ним были оформлены в виде двенадцати томов отчетов научных экспедиций Института краевой патологии Академии наук КазССР.

В феврале 1961г. в г. Москве прошла конференция, созванная по инициативе казахстанских учёных для обсуждения итогов их научных исследований. Кроме них, в количестве 27 человек,  другими участниками конференции были представители ВПК, в том числе Семипалатинского ядерного полигона, Минздрава СССР, Академии наук СССР, Медицинской и Сельскохозяйственной Академий СССР. Среди казахстанских учёных, выступивших единым фронтом и защищавших в упорной, бескомпромиссной борьбе со своими оппонентами позицию о вредном влиянии ядерных испытаний на здоровье людей и окружающую среду, оказался один человек, чья позиция  была сродни коварному удару в спину. Это был заместитель Б. Атчабарова радиолог С. Балмуханов, который оказывается все годы этих исследований до этих пор под маской лицемерия скрывал своё истинное лицо и намерения от своих коллег. На конференции он уже не скрывая, открыто выступил на стороне ВПК и его апологетов, став одним из них. Такими своими действиями он способствовал попыткам ВПК опровергнуть результаты исследований казахстанских ученых. ВПК высоко ценил его, как защитника своей позиции, назначив его председателем одного заседания конференции, и включив, наряду с несколькими академиками в состав комиссии, которая должна была проводить заказные лицензирования исследований Института краевой патологии.

Вот, что говорил С. Балмуханов в своем выступлении на конференции: «…Всё, что мы нашли в клинике, является краевой патологией. Нам остается исключить влияние радиации вообще и не принимать во внимание, все сдвиги клинического порядка приписать местным особенностям нарушения питания, гиповитаминозу. В таком направлении мы вынуждены доложить нашему руководству и выступить в открытой печати для получения поддержки». (Стенограмма конференции по результатам обследования радиологической обстановки и состояния здоровья населения в некоторых районах Казахстана). Если помнит читатель, то же самое, еще в 1953 г. говорил представитель Семипалатинского полигона С. Балмуханову, который оказывается с тех пор, хорошо усвоил лживую и лицемерную позицию ВПК о безвредности ядерных испытаний на здоровье людей. Что же двигало им? Как всегда шкурные интересы у таких людей на первом месте. Ради своей карьеры он забыл о долге врача и о людях, терпящих страдания от ядерных испытаний Семипалатинского полигона, когда напротив, все казахстанские учёные, кроме него, решительно отвергли всяческие заигрывания и лестные предложения со стороны представителей ВПК о том, что, если они изменят свою позицию, то им будет оказана поддержка в подготовке их научных работ и защите диссертаций.  За что им низкий поклон, честь и хвала от благодарных потомков!

С. Балмуханов, в своей книге с. 66, описывая тот период времени, и как бы оправдываясь за свои выступления на стороне ВПК, пишет: «В ту пору, скорее всего, не было желания раскрывать тайну: все были под «колпаком» КГБ, и никому не хотелось рисковать головой из-за какого-то сомнительного Кайнара. В частной беседе у cебя дома академик А.В. Лебединский (директор института биофизики АМН СССР, один из главных оппонентов казахстанских ученых – А.А.) советовал мне быть осторожным, иначе можно погубить не только карьеру, но и жизнь. В словах Андрея Владимировича было много правды». Сколько лжи и пафоса в его словах и в якобы нависшей над ним угрозе от КГБ?! Надо сказать, что ему-то, как стороннику ВПК ничего не угрожало от этой организации. Вот кому надо было быть осторожным, так это – К. Сатпаеву и Б. Атчабарову, которые рисковали реально и противостояли всесильному ВПК. Б. Атчабарову не на словах, а на яву пришлось испытать угрозы и давление со стороны ВПК. Когда он проводил свои экспедиционные исследования, в ЦК и Совмин Республики ВПК был направлен его представитель, бывший полковник КГБ  А.Ф. Кобзев, с требованием отозвать из экспедиции его руководителя и наказать его. Аргумент был такой: Б. Атчабаров в программе научных исследований экспедиции ставит задачу выявления вредного влияния испытания атомного оружия на здоровье людей, а это противоречит интересам Советского государства.

Как пишет Б. А. Атчабаров в своей книге: «В ходе работы конференции стало ясно, что ВПК был тщательно разработан сценарий проведения конференции, предусматривающий принудить исследователей Института краевой патологии(ИКП) отказаться от своих позиций и принять точку зрения ВПК как истину. В случае, если противоборствующие стороны не придут к какому-либо соглашению, то на научные исследования ИКП организовать отрицательные отзывы послушных апологетов ВПК. В тексте стенограммы конференции поименно перечислены ученые, которые были готовы поддержать позиции ВПК. Их было 15 человек: девять академиков и членов – корреспондентов Академии медицинских наук СССР и Академии сельхоз наук СССР и шесть профессоров, в том числе С. Б. Балмуханов. Всё это хорошо видно из текста стенограммы конференции, в частности из содержания выступлений главенствующих представителей ВПК – В.Н. Правецкого и А.И. Бурназяна».

Отец рассказал мне случай о том, как в один из дней работы конференции  С. Балмуханов пригласил его и А. Алданазарова(члена их делегации – А.А.) к себе в номер гостиницы. Там он стал оправдываться перед ними за свои действия и выступления с докладами на конференции на стороне ВПК. Как показали последующие события, он задумал и устроил эту встречу не с целью чистосердечного раскаяния в содеянном им, а в попытке разжалобить их, прикинувшись этаким заблудшим ягненком и выпросить у них снисхождение. А главное получить от них гарантии о том, что они не предадут огласке случившееся с ним на конференции, главным образом, надеясь на великодушие добрейшего Б. Атчабарова.

Надо сказать, что задуманное С.Балмухановым на удивление было предельно точно реализовано его талантом совершать подобные дела. Я убежден, что Б. Атчабаров, вернувшись в Алма-Ату, не предал огласке предательство своего заместителя, великодушно пощадив его (как оказалось впоследствии, на свою голову) и этим спас “заблудшего ягненка” от позорного разоблачения и осуждения казахстанцами. Таким подарком судьбы, вернее, подарком Б. Атчабарова, С. Балмуханов, не откладывая, воспользовался как говориться на “всю катушку”. Его карьера пошла стремительно вверх также в результате неведения о его “подвигах” руководством Республики, в том числе Президентом Академии наук К.Сатпаевым. Его карьерные успехи и взлет на высокие научные высоты наверняка не обошлись без участия московских покровителей – апологетов ВПК. Ведь они были обязаны ему за его услуги и верную службу ВПК.

Прошло 30 лет. Наступили годы перестройки, гласности, развала СССР. Пришло время и возможность открыто и громогласно обсуждать, и осуждать ВПК за проведение им ядерных испытаний  без риска пострадать за это.

С. Балмуханов, как флюгер на ветер, сменив позицию апологета ВПК на позицию ярого борца с ним, стал говорить диаметрально противоположное тому, о чем говорил в прошлом, а именно, какое вредное влияние оказали ядерные испытания и об их ужасных генетических последствиях, нагоняя страх на пострадавших от ядерных испытаний людей и их потомков. С. Балмуханов затрубил о своих «подвигах», едва успевая давать интервью журналистам, выступать на телевидении, всевозможных конференциях и форумах. Он стал лауреатом Международной премии Мира. Откуда же было знать учредителям этой премии всю подноготную его биографии. Ведь всё что касалось прямо или косвенно ядерных испытаний, в частности научных исследований Института краевой патологии в 1957-1960 г.г., происходило под завесой «Совершенно секретно», и ею он с выгодой для себя пользовался. Он также стал Президентом Казахского отделения всемирного движения «Врачи за предотвращение ядерной войны».

Шли годы активного утверждения в глазах нашей общественности большой лжи С. Балмуханова. Заражая ею других, чем дальше, тем больше, он входил во вкус и написал книгу «Ядерный полигон моими глазами», Алматы, 1998 г. В ней он перевернул всё с ног на голову, переписав историю этих исследований, как ему было выгодно, чтобы обелить себя и показать в положительном свете. Надо было ему в прошлом не прислуживать ВПК, а думать о людях и народе, страдающих от ядерных испытаний, и тогда ему спустя тридцать лет не пришлось бы ломать комедию. Вот так С. Балмуханов “отблагодарил” Б. Атчабарова, который в прошлом проявил к нему поразительное великодушие и непомерное снисхождение за совершенные им, мягко сказать, неблаговидные дела.

На протяжении многих лет мой отец старался как мог не принимать близко к сердцу самовосхваления С. Балмуханова и разыгранный им спектакль с удивительным перевоплощением из апологета ВПК в «героя-борца» с ним, когда он доживал свой век и перестал быть опасен. Я думаю, Б. Атчабаров воспринимал его ложь и разглагольствования возможно так – пусть, мол, он тешит своё самомнение и тщеславие, вреда он не принесёт больше того, что уже принес ранее. Когда же С. Балмуханов договорился до того, что стал приписывать заслуги в исследованиях Академии наук КазССР себе и своим единомышленникам —  апологетам ВПК (в частности из Института биофизики Академии медицинских наук СССР), намеренно путать даты и обстоятельства этих исследований, заниматься плагиатом, Б. Атчабаров был вынужден написать книгу «Заблуждения, ложь и истина по вопросу оценки влияния на здоровье людей испытания атомного оружия на Семипалатинском ядерном полигоне», Алматы, 2002 г. В ней он разоблачает ложь, чтобы рассказать правду, как на самом деле проводились исследования Академии наук КазССР в 1957 – 1960 г.г. Например: «При чтении его книги (С. Балмуханов. «Ядерный полигон моими глазами», Алматы, 1998г.) приходишь к убеждению в том, что она посвящена, в основном (если не целиком), аргументации присвоения, не принадлежащего автору научного творчества и оправданию умышленно совершенных ранее «ошибок» во взглядах. Акт плагиата С. Балмуханов проводит широкомасштабно, параллельно по трем направлениям: присвоение роли руководителя научных исследований; присвоение авторства результатов научного труда; приписывание доли проведенных научных исследований Института краевой патологии другому научному коллективу».

Оценивая высказывания С. Балмуханова и других по поводу  последствий ядерных взрывов на Семипалатинском полигоне, Б. Атчабаров в своей книге пишет: «Некоторые авторы широко проводят пропаганду страха о генетической катастрофе в областях, прилегающих к Семипалатинскому ядерному полигону, и о неизбежности расползания заразы генетической мутации по всему Казахстану. Пропагандируется лжеучение о том, что лучевая болезнь передается от одного поколения к другому и потомки будут слабоумными с малым объемом мозга. Вcе эти утверждения не имеют под собой научной объективной основы». «Преподносится фальшь о том, что у 60 процентов населения, проживающего вблизи Семипалатинского полигона, имеются нарушения генетического кода, и население будет вырождаться. Приводится лженаучный тезис о том, что через ряд последовательных поколений ожидается 10-кратное увеличение уровня мутации по сравнению с эффектом, наблюдаемым в первом поколении». По словам Б. Атчабарова такие заключения С. Балмуханова и его последователей могут провоцировать людей на разные социальные и личные трагедии, вплоть до суицидов.

Народ, который только что, казалось бы, воспрянул духом после долгих и мучительных лет издевательств и страданий от проведения испытаний ядерного оружия, получает другой оглушающий удар уже не от ядерных взрывов, а от изощренно-надуманной концепции академика – радиолога. Б. Атчабарову, которому в своё время пришлось противостоять и бороться с апологетами ВПК, после распада Советского Союза и закрытия Семипалатинского полигона, пришлось призывать к научной объективности и к совести своих доморощенных, казахстанских творцов лженаучной теории.

Заканчивая свой рассказ, хочется сказать о том, что отличительной особенностью научных исследований Академии наук КазССР в 1957- 1960 гг., была их высокая морально-нравственная сторона, представляющая собой стремление её участников во главе со своим руководителем Б. Атчабаровым принести пользу народу – результатами своих исследований, утверждающих о пагубности ядерных испытаний изменить существующее положение, внеся свой вклад в оздоровление народа и этим облегчить его страдания.

Ввиду того, что результаты исследований стали известны руководству СССР, ВПК стал более осмотрительным в своих действиях: в 1959-1960 гг. проводил мораторий на испытания; начиная с 1961 г., перестал проводить очень опасные приземные формы испытаний; в 1962-1963 гг. перешел на проведение высотных испытаний, а затем — только подземных. Впоследствии, спустя 30 лет, эти результаты стали опорой, надежным ориентиром для международного антиядерного движения «Невада – Семипалатинск», а затем и закрытия Президентом Республики Казахстан Семипалатинского ядерного полигона в 1991 году.

Эти исследования и ее результаты вошли в историю, как яркий позитивный вклад отечественной науки в мировую в условиях противостояния с тоталитарным режимом  бывшего Советского Союза и могли бы стать гордостью любой страны и её Академии наук.

Только союз двух уникальных людей – Президента Академии наук КазССР К. Сатпаева и работающего под его началом директора НИИ краевой патологии Б. Атчабарова, каждый из которых в отдельности, представлял собой личность с высоким духовно-нравственным потенциалом, устремленную к намеченной цели, имел шанс достичь реальных научных результатов о вредном влиянии ядерных испытаний. В этом единении этот союз  приобрел такую силу и мощь, что перед ним не устояла стена лжи, запретов и угроз могущественного ВПК Советского Союза. Только так, и никак иначе, можно было в то время  и вопреки всем преградам ВПК, достигнуть объективных научных результатов. Поэтому личности Каныша Сатпаева и Бахии Атчабарова приобретают в нашем сознании облик героев, кахарманов, защитников народа, а их дела – это подвиг, который, к сожалению, до сих пор неизвестен широкой общественности по разным причинам,  одну из которых я показал в этом рассказе.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *