Тауке Алтынбеков. ЭКСПОНИРОВАНИЕ НЕОТЕЧЕСТВЕННОГО ПРОДУКТА

В последнее время проходят многочисленные конкурсы проектов самых разных крупных объектов, намечаемых к строительству в нашей стране и за рубежом. Ощущение создаётся такое, что в этой области многое требует перемен. Конкурсы в стране проводятся на поистине удивительных условиях.
Вот не так давно читаю «Условия международного заказного архитектурного конкурса на лучшую эскиз-идею выставочного комплекса ЭКСПО-2017, в том числе объекта, который станет символом ЭКСПО-2017 в городе Астане, Республика Казахстан».
«…Ключевой идеей выставки ЭКСПО-2017 и её тематики является поиск и представление её странами-участниками новаторских технологий в области новой энергетики, которые способны в будущем существенно, если не сказать кардинально, изменить представления людей об энергетике и важности развития «зелёной» экономики… …Архитектурный образ выставочного комплекса ЭКСПО-2017 в том числе объекта, который станет символом ЭКСПО-2017 в г. Астане, должен быть оригинальным и запоминающимся, соответствовать уровню современных новаторских поисков, но в то же время нести в себе самобытные черты, свойственные национальному казахскому искусству, то есть стать узнаваемыми объектами столицы Казахстана, гордостью казахстанцев…»
Одно из благотворных воздействий наиболее масштабного из подобных казахстанских проектов – он должен активизировать сознание казахстанцев, их патриотические устремления – и он может сделать это, потому и хочу поделиться своими размышлениями по такому поводу.
Международность конкурсов и тендеров, разумеется, важна, но ведь не менее важна и пропагандируемая в последние годы доктрина «повышения отечественной составляющей в казахстанском продукте». Налицо — явное внутреннее противоречие в самой концепции конкурса.
«…Конкурс является заказным, международным. Заказы размещаются организаторами конкурса – АО «Национальная компания «Астана ЭКСПО-2017» и Акиматом города Астаны»…»
Эскиз-идею будущей «гордости казахстанцев» организаторы предложили участникам создавать в режиме ЗАКРЫТОГО конкурса – это само по себе несколько неадекватно. Конечно, все приглашённые компании получат пользу, а Казахстан – дальнейший международный пиар только уже за счёт того, что иноземцам придётся срочно углублённо изучать нашу национальную специфику (не только нефтеносность территории, но и гигантские пласты традиционной казахской культуры, ментальности давно индустриализированных и информатизированных бывших кочевников).
Тема «зелёной» экономики, понятно, наиважнейшая — но кроме неё есть ведь и специфично казахстанский аспект…

Развитие «альтернативной» энергетики и даже снижение энергопотребления во всей глобальной экономике – лишь ЧАСТЬ того, что требуется делать планомерно, ежесекундно и теперь уже всегда КАЖДОМУ. «Зелёная экономика» подразумевает колоссальный комплекс работ по снижению общего потребления ресурсов, смену парадигмы интенсивной агрикультуры, подготовку целого поколения высококвалифицированных отечественных специалистов буквально во всех областях экономической практики, а не только в «деловом администрировании». Чего стоило бы только применение исторического опыта традиционных номадических культур в свойственных Казахстану экстремальных природно-климатических условиях — в сочетании с опытом рассеянных по стране отдельных энтузиастов – исследователей и изобретателей, которым не даёт ходу отсутствие материальной мотивации и косность местных властей.
Особый разговор – об использовании ветрового потенциала Казахстана и размещении ветроэнергетическоих каскадов именно в Джунгарских воротах и Шелекском коридоре, разработке районированного кадастра розы ветров на перевалах Шымкентской области и в Акмолинской области.
Не менее важны гелиоустановки и весь комплекс проблем использования солнечной энергии.
Но все эти важные частности – для отдельного подробного разговора, а, возвращаясь к специфически казахстанскому аспекту, полагаю: для повышения интереса к выставке необходимо всё же выделить из закрытого конкурса проекта-идеи — широкий, общенародный конкурс на проект эмблемы ЭКСПО в Астане – с публикацией его условий в СМИ, с поэтапным освещением на телевидении.
В Турции во многих местах используется эмблема, разработанная для одного из форумов – Турция ещё не утверждена окончательно как место проведения, а эмблема уже работает, её можно видеть в аэропорту, в метро, на автобусных остановках
Относительно раннее подведение итогов конкурса на разработку символики ЭКСПО-2017 позволило бы многим творческим людям, народным мастерам, предприятиям заранее наладить выпуск сувенирной и потребительской продукции с этой символикой – то есть частично финансировать проведение выставки за счёт повышения доли именно «отечественной составляющей», в том числе и интеллектуального продукта.
Сам процесс подготовки к проведению ЭКСПО должен быть насыщен и уникален, должен вызывать интерес у стран Евразии к кочевому миру, тюркам, миру людей, проживающих на этих огромных пространствах.
Непривлечение к участию в закрытом конкурсе компаний из России – нонсенс. Российские проектировщики должны были быть привлечены хотя бы в силу того, что она – похожий во многом на Казахстан мир, там огромные кочевые традиции, диаспоры тюркоязычных народов, но также эта страна находится на острие прогресса, современных и перспективных технологий, новаторских идей в области энергетики; связанная с нами многочисленными совместными проектами. (Кстати, такая организация, как Ассоциация дизайнеров Прииртышья, объединяет 16 городов, 9 областей Казахстана и России и имеет опыт совместных работ проектировщиков наших стран.) Именно российские проектировщики имеют неоценимый опыт организации экспозиций такого уровня, а промышленное развитие нашей планеты будет объективно всё больше опираться на ресурсный потенциал России и в немалой степени на её интеллектуальные возможности.
Ближайшие 4 года до ЭКСПО и лет 10 после её проведения должны занимать наши умы и настроения. Современная подготовка архитекторов уже должна быть связана с идеями ближайшей, в 2017 году, всемирной выставки. Дизайнеры, мастера народных промыслов – специалисты в области моды, проектирования тканей, изготовления изделий из кожи, войлока, дерева, ковроткачеству – также должны питаться этими идеями («зелёная» экономика, новая энергетика).
Проведение ЭКСПО впервые в тюркоязычной стране требовало бы привлечения компаний из Узбекистана, Азербайджана, Ирана, арабских стран – в каждой из них есть мастера мирового класса. Если бы они были приглашены участвовать в конкурсе, получила бы развитие тема углублённого исследования межнационального тюркоязычного мира и исламского мировоззрения с его ценностями – ради сплочения во имя общих идеалов мира, сглаживания цивилизационных конфликтов. Не обращаясь к ним, мы отодвигаем себя в ближайшем будущем в сторону прозападных партнёров – вопреки доктрине многовекторности, осуществляемой по инициативе президента Казахстана.
В самом Казахстане Союз архитекторов получил только одно место, Союз градостроителей, Союз дизайнеров также могли быть представлены в конкурсе только одной проектной группой и в силу сжатых сроков не могли организовать конкурентный отбор, заказы на конкурсное проектирование распределены «традиционным способом».
«За бортом» внимания организаторов конкурса оставлено немало дееспособных проектных групп – та же Ассоциация дизайнеров Прииртышья, группа архитекторов Жетысу, возглавляемая главным архитектором Талды-Кургана, группа архитекторов из Южного Казахстана, также во главе с инициативным главным архитектором Шымкента – это только известные мне. Также не получили квоты на участие в конкурсе Союз архитекторов Алматы, Академия КАЗГОР архитектурные вузы Алматы, Астаны, Усть-Каменогорска – им, видимо, организаторы изначально определили роль энтузиастов.
«…Помимо тридцати заказных работ в качестве инициативных к безвозмездному участию в конкурсе приглашаются архитектурные компании, имеющие большой опыт профессиональной деятельности и лицензии. Решением жюри среди инициативных проектов будет определён один лучший, который будет поощрён призовым фондом… …Все поступившие на конкурс работы будут рассмотрены жюри Конкурса одновременно, с применением единых критериев оценки, с учётом условий конкурса.»
Вот так – «ПОМИМО»; критерии единые, а весовые категории – нет. Понятно, что очень немногие проектные группы смогут вложить в разработку проекта средства, сопоставимые с теми, получение которых обеспечит оргкомитет компаниям-участницам «заказной» части конкурса. Мотивация оргкомитетом инициативных проектов заведомо низка и выводит значительную часть творческого потенциала страны (и не только нашей) из конкурентной среды в область любительства, дилетантизма, обрекает проектные коллективы на малоэффективные поиски источников финансирования творческой инициативы.
На мой взгляд, подготовка к ЭКСПО должна была бы повысить активность – предоставить возможность самым широким слоям творчески работающих профессионалов продемонстрировать свою самобытность, мастерство и взгляд на мир. Да, МИД и другие ведомства очень много сделали для того, чтобы привлечь ЭКСПО в Казахстан. НО! – делается всё ЗАКРЫТО… Предполагается создать отдельные павильон Астаны и павильон Казахстана. Областные акиматы должны с самого начала этого проекта «держать руку на пульсе» — хотя бы в подготовке предложений по формированию экспозиций областей РК в рамках общей экспозиции страны-организатора (большой вопрос – чем заполнять областные экспозиции) – но они, похоже, инертны, безинициативны в этом отношении (команды не было?). Видимо, потому, что нет открытости, прозрачности во всём процессе подготовки к выставке.
Хотим быть многовекторными, создателями веротерпимого общества – а делая выбор участников конкурса закрытым, сужаем возможность манёвра по осуществлению политического кредо, провозглашённого Казахстаном. Из 30 компаний, приглашённых к участию в заказном конкурсе, Казахстан представляют только 3… Наверное, такой подход соответствует сложившимся в международной практике и усвоенным организаторами критериям – но он явно противоречит национальным интересам – ведь 90 % выделенных на разработку эскиз-идеи средств изначально предназначено нездешним проектировщикам (Великобритания – 6 компаний, США – 5, Нидерланды – 4, Германия, Италия, Корея и Япония – по 2; Австрия, Дания, Испания, Китай, Норвегия, Турция, Швейцария – по 1 компании). Наверняка аналитики-организаторы тщательнейшим образом исследовали «досье» и «кредитные истории» множества архитектурных компаний, и ставить под сомнение выбор оргкомитета не в нашей компетенции – остаётся только печалиться тем, что казахстанским проектировщикам ещё очень далеко до соответствующего уровня. Такие подходы уже немало лет наносят немалый ущерб и в другом смысле – они, увы, ведут к пресловутой «утечке мозгов» — поначалу в Россию, а затем – и подальше, в Европу и Америку…
Со всем этим, видимо, уже ничего не поделать, зубную пасту обратно в тюбик не втянуть, условия соглашений не пересмотреть, условий конкурса для зарубежных участников не поменять. Однако, полагаю, ещё не поздно осознать, что цель не только организаторов выставки, но всего общества — не только получить веер решений, предложений – но и заложить новое направление архитектурно-дизайнерского творчества, вызвать разработку научных исследований в области альтернативной энергетики, заложить идеологию «зелёной экономики» с замахом на то, что она и станет национальной идеей.
Есть казахская пословица, гласящая, что праздник длится один день, а подготовка к нему – гораздо интереснее, и важна не менее, чем само праздничное событие. Так и подготовка ЭКСПО должна вызвать ещё больший резонанс, чем события её программы, и впоследствии ещё больше повлиять на рост и развитие творчества. Чиновники могут много, но без отклика в обществе – недостаточно высок уровень заинтересованности казахстанцев. Если не будет внимания к массам – не будет и ответного интереса народа к ЭКСПО, она пройдёт в интересах политической сиюминутности, как и множество международных форумов, проводимых в Казахстане, которые очень быстро уходят из памяти. Масса народа должна иметь сопричастность к связанным с таким уникальным событием переживаниям, понимание ответственности перед потомками.
3-4 года пройдут очень быстро, но весь Казахстан могла всколыхнуть идея поиска народных талантов, изобретателей в области энергетики и других. Министерство науки и образования, похоже, остаётся в стороне, а ведь сотни научных программ, тем, разработок должны быть развиты на основе выделения грантов, проведения творческих конкурсов — сколько тем студенческих, дипломных работ можно на несколько лет обеспечить, привлекая студенческо-преподавательские временные группы к проектированию на условиях этого конкурса как «учебного»! Это и стало бы наиболее эффективным инвестированием средств, выделяемых не только на подготовку выставки, но и на подготовку казахстанских специалистов.
Ещё об отечественном содержании. В экспозиции России на Всемирной выставке в Париже в 1867 году (за 150 лет до ЭКСПО-2017 в Астане), по отзывам прессы, большой интерес посетителей вызвала киргизская юрта из белой кошмы, заполненная национальными изделиями, выполненными с большим мастерством; при этом выделялись женский национальный наряд, седло с полным прибором, лук с колчаном и стрелами. Юрта была скомплектована и отправлена на выставку Западно-Сибирским генерал-губернаторством.
В 1900 г. на Всемирной выставке в Париже среди павильонов комплекса наиболее крупными были павильон Ведомства уделов, и павильон российских окраин, где были представлены коллекции изделий народов Сибири, Крайнего Севера, Кавказа, Средней Азии, дававшие представление об этнографии и естественно-промышленных богатствах этих районов. В частности, жюри отметило экспозицию степного края Сибири (Омск и прилегающие районы), впечатлила жюри выставки вновь и казахская юрта.
Уверен, не меньший интерес вызовет подобный натурный рекордный экспонат и на планирующейся выставке – но уже в общеказахстанском павильоне. Многие наслышаны о юрте диаметром 18 метров, представленной на одной из международных выставок в 1920-х годах – но, к сожалению так и исчезла эта юрта безвозвыратно…

Тут казахстанским организаторам был бы интересен и полезен и опыт участия субъектов Российской Федерации в уже «сильно постсоветской» национальной экспозиции на EXPO-2000 в Ганновере – только сначала немного о проблемах организаторов выставки. Учредители акционерной компании «ЭКСПО-2000 ГмбХ» собирались потратить на проведение выставки 2,9 млрд. немецких марок. Однако реальные расходы превысили 4 млрд. марок. Далеко не все жители страны с энтузиазмом приняли идею проведения выставки, понимая, что значительная часть расходов ляжет на плечи налогоплательщиков. Поэтому вплоть до открытия ЭКСПО проходили демонстрации протеста. Не обошлось и без финансовых нарушений, в которых обвинили генерального комиссара ЭКСПО Бригит Бройель.
Но всё же вот в чём повысить отечественную составляющую в казахстанских экспозициях удастся вряд ли. Ещё на Всемирной специализированной выставке в г. Цукуба (Япония, 1985 г.) реализована идея: отказ от главенствующей роли экспоната, предпочтение отдавалось изображению, зрелищу. На следующих всемирных эта тенденция ещё усилилась. На выставке в Ванкувере (Канада, 1986) организация экспозиции показала, что безусловный успех обеспечивается там, где посетитель становится непосредственным её участником как физически, так и эмоционально (путём ощупывания, улавливания запахов и т. д.), или когда экспонат воздействует сразу на несколько органов чувств: так комбинация лазера и фонтана, соединённая с широкоформатной кинопроекцией, сопровождаемой увлекательным рассказом, производила незабываемое впечатление. В экспозиции EXPO-2005 (Аити, Япония) форма демонстрации была такова, что визуальное восприятие («пойти и посмотреть») сопровождалось персональным участием в испытании экспонатов. Так, посетитель «становился» участником космического путешествия, фильм о котором демонстрировался внутри павильона. Для этого при входе лицо посетителя фотографировали, и, смотря фильм, он мог увидеть себя среди команды космонавтов.
С проектированием и реализацией подобных шоу казахстанские организаторы и проектировщики могут справиться – но вновь придётся опять очень много потратить на импорт этих технологий.
Насколько это понятно, основным препятствием к выходу казахстанских проектировщиков на мировой уровень давно уже является ПИРАТСТВО. Финансовая невозможность для множества талантливейших молодых специалистов приобрести ЛИЦЕНЗИОННОЕ программное обеспечение оставляет два основных пути развития проектного дела – либо плестись по обочине профессионализма кочевниками-самоучками, либо уезжать из родной страны туда, где их поистине героический труд оплачивается адекватно настолько, чтобы окупались необходимые для работы компьютерные программы. Единственный выход из тупика – бюджетное субсидирование софта для профессионалов! Создание отечественного программного обеспечения, способного конкурировать с продуктами транснациональных корпораций – идея возможная, но сегодня за отсутствием отечественных гениев неосуществимая. Возможен другой путь — передача необходимых для исполнения современных требований программных продуктов во временное пользование казахстанским «инициативным участникам» подобных конкурсов и проектов – вот какие гранты со стороны государства были бы лучшим стимулятором повышения «отечественной составляющей» в национальном продукте. В этом случае можно рассчитывать на патриотизм «поколения ЭКСПО», на реализацию концепции «Казахстан-2050», включая и переход к «зелёной экономике».
Ещё интересно вспомнить данные о выставке к столетию Французской революции (Париж, 1889 год; тут, полагаю, забавно совпадение такое: 2017 год – столетие русской революции…). Выставка была задумана и проведена более из политических, нежели экономических соображений: «Надо было дать работу массам голодных людей, задобрить их в пользу существующего режима и отвлечь политический импульс Франции от раздирающих её ужасов междоусобицы, потушить негодование на бездарное правительство» (П. Райский). В то же время она , как никакая другая, удачно сочетала в себе просветительский и развлекательный характер, что позволило её организаторам, сумевшим привлечь на неё около 32 млн. посетителей, не в пример выставке 1878 г., завершить её с немалой прибылью (около 600 тыс. долларов)…
Тут особо отмечу: несмотря на огромные временные дистанции и радикальную смену идеологической парадигмы, параллели с ЭКСПО-2017 напрашиваются недвусмысленные. В постсоветском казахстанском обществе успел сложиться культ потребительства, навязанный экспансией западной культуры.
Ещё о прибылях-убытках и огорчениях для национального бюджета. В описании прессы о специализированной всемирной выставки в Лиссабоне (1998 г.) читаем такое. «Несмотря на свою красочность, хорошую организацию и рекордное число стран-участниц (144), ЭКСПО-98… не оправдала ожиданий своих организаторов, рассчитывавших на то, что её посетит 15 млн. человек. …Её убытки составили около 340 млн. долларов, причём 5 млн. долларов было потеряно в результате злоупотреблений со стороны администрации выставки по вопросам финансирования. К сожалению, почти ни одна Всемирная выставка не смогла избежать серьёзных финансовых нарушений, которые ещё в период их подготовки часто влекли за собой смену её высшего менеджмента.» Руководство легко меняется, но проблемы остаются. Перспектива выставок не столько в увеличении их площади, сколько во всё большем превращении их в многоплановые по тематике и протяжённые по времени шоу, носящие как развлекательный, так и познавательный характер, с использованием самых современных технических средств и при активном участии самих посетителей в предлагаемом действе. Эпоха демонстрации преимущественно достижений и отдельных, хотя и выдающихся, экспонатов, ушла в прошлое.
Главная проблема — необходимость скорректировать пути общественно-экономического развития страны не только по направлению к «зелёной экономике», но и к подлинно национальной идее (она же — идея интернациональная) смены вектора развития – на построение общества не апатично-потребительского, но жизненно активного и пронизанного высокой духовностью, ориентированного на гуманистические ценности. Это – национальный ренессанс — в конечном счёте и стало бы самым высокотехнологичным продуктом! А для начала – больше открытости и прозрачности всевозможных конкурсов идей… Для выставки ЭКСПО-2017 пока не выбран свой девиз, который, подобно использовавшимся на практически всех последних ЭКСПО, определит главную пафосную идею-тему на период подготовки и на последующий продолжительный период. Такой девиз также стоило бы выбрать по итогам широкого, открытого для всех граждан Казахстана конкурса.
Почти все Всемирные выставки были убыточны. Но, теряя в деньгах, страны, их проводившие, получали толчок к национальному развитию и возрастание уровня общественного сознания и реальную тенденцию к созданию гражданского общества, что для нас сегодня актуально.
ЭКСПО-2017 – выставка СПЕЦИАЛИЗИРОВАННАЯ, а не УНИВЕРСАЛЬНАЯ согласно приводимой в «Истории всемирных выставок» классификации. ПОСЛЕДЕЙСТВИЕ выставки, надеюсь, покроет неизбежные материальные и психологические издержки организаторов и всех казахстанцев. Главное же: сколько бы энергии ни вырабатывалось, ни экономилось – её всё равно не хватит, если не ИННОВИРОВАТЬ МОЗГИ в направлении смены системы ценностей.
Всемирные выставки последнего времени в основу своих концепций выносят экологические проблемы, потому что именно они оказывают всё большее влияние на современную цивилизацию. При этом главной задачей видится то, чтобы способствовать формированию нового мировоззрения, основанного на взаимовыгодном сотворчестве Человека и Природы, понимаемом как гармонично развивающееся единство. Наша страна, у населения которой прежде всего на бытовом уровне необычайно развиты чувственные отношения с природой, может представить на ЭКСПО систему ценностей взаимодействия с окружающей средой во всех сферах – хозяйственной, культурной, политической…
Нам есть что противопоставить натиску западных ценностей, но наши действия зачастую идут в прямо противоположном направлении, практически инвестируя западные технологии проектирования, природоохраны, ресурсосбережения – за счёт эксплуатации ресурсов Казахстана…
Пока путь к «зелёной экономике» лежит через нахождение оптимального соотношения использования традиционных видов энергии при постоянном росте альтернативных источников – то есть, оставаясь на современном уровне качества жизни граждан, не теряя преимуществ от использования имеющегося транспорта, не впадая в пропаганду повальной необходимости пересесть на транспорт гужевой, использовать высокотехнологичное углеводородное топливо – но на основе перспективных разработок в области его добычи и переработки…
Сегодня традиционный опыт «энергетики возобновляемых ресурсов» (дрова, отходы жизнедеятельности скота) дополняется уникальным шансом – стать «модельной панорамой» энергетического будущего. Трудно найти пример такого скачка, который может совершить Казахстан по итогам проведения ЭКСПО-2017 – когда страна, не так давно обретшая независимость, стала в ряд передовых стран мира, получавших право проведения всемирной специализированной выставки, да ещё с такой серьёзной тематикой. Многое нашей страной достигается за счёт, так сказать, использования «национального брэнда» — авторитета президента, его известности руководящим деятелям мирового сообщества и деловых кругов. Брэнд этот – можно сказать, важная часть стабилизационного фонда; Казахстан реально получил шанс активнее продвигаться к будущему – важно его использовать как можно полнее. От каждого гражданина страны зависит теперь – как в полном объёме использовать выставку в качестве катализатора действий в том направлении, которое действительно станет национальной гордостью.
Успех выставки определится не только актуальностью темы, архитектурным решением, но и предметным наполнением павильонов, которое зависит от интеллектуальной составляющей, объединяющей учёных, изобретателей и предпринимателей.
По последним данным, архитектурная общественность Казахстана проявила значительный интерес к затронутой проблематике – несмотря на отмеченные недостатки в организации конкурса, организаторам к середине мая 2013 года поступило более 20 заявок инициативных творческих групп на участие в конкурсе. Ну, а главным стимулом для инициативных могла бы стать публикации материалов ВСЕХ присланных, рассмотренных жюри и экспонированных проектов в специальном издании – альбоме проектов.
Итак, ЭКСПО-2017 – не универсальная, а специализированная, тематическая выставка, и в первую очередь нацелена на раскрытие идеи «зелёной» экономики.
В одной из недавних телепередач президент страны характеризовал настоящее состояние казахстанской экономики и начало её движения в сторону «зелёной» так: «новая промышленная эпоха». Мол, сейчас в Казахстане вырабатывается 5 % «альтернативной» энергии, а ставится задача довести её до 27 %. В политическом аспекте, полагаю, реализация проектов по ЭКСПО-2017 должна в первую очередь предусматривать использование отечественной продукции (в том числе и интеллектуальной). А проектировщики неказахстанские будут ориентированы, конечно, на продвижение использования продукции своих стран – особенно если победят в конкурсе. Аргументов за неказахстанское у них будет предостаточно.
В конце июня в Усть-Каменогорске прошла презентация по-настоящему передового предприятия, стоящего в ряду 5 лучших в мире. Участие президента в открытии отечественного предприятия по производству гелиомодулей, которые обеспечат производство 5 МВт электроэнергии в год, позволяет надеяться, что в проектах павильонов ЭКСПО будет заложена продукция новой промышленной эпохи в Казахстане
Началось движение по усилению мотивации внедрения «зелёной технологии». И даже «на самом верху» (в том числе и среди тех, кто определял условия конкурса на разработку проект-идеи) понято, что принципы провозглашаемой «зелёной» экономики добровольно не будут приниматься бизнесменами, особенно из отрасли мощной нефтегазовой энергетики (об этом – отдельный разговор). Например, в газете «Ракурс» (№ 21 (441), 31 мая – 6 июня 2013 г.; Мила Богданова, «Город, притягивающий инвестиции») читаю такое. «…И эту самую «зелёную экономику» акимат планирует внедрять хоть и непопулярными, но очень действенными, фискальными методами.
— Например, за использование углеводородов налог будет больше, чем за возобновляемые источники энергии – ветер и солнце… Когда-то казавшиеся футуристическими прогнозы в ближайшее время станут реальностью. В этих условиях Казахстан не должен оказаться в роли догоняющего, — заявил Имангали Тасмагамбетов…»
А в «Мегаполисе» (№ 22 (630), 24 июня 2013; Назгуль Абжекенова, ««Зелёный» вклад казахстанских инвесторов») сообщает следующее. «…Бизнес, уверен господин Оспанов, должен поддерживать усилия государства по внедрению «зелёной» экономики, и реализация проекта «Talan Towers» — вклад «Верного Капитала» в данное направление.
«Talan Towers» — первое в Казахстане здание, соответствующее международному стандарту энергоэффективных и экологичных зданий LEED… Облик главного города страны должны формировать лучшие архитекторы мира, поэтому «Talan Towers» спроектирован одной из ведущих мировых фирм – американским архитектурным бюро SOM…»
При этом хочется отметить: может ли этот объект являть собой действительно пример, образец для изучения опыта «зелёной технологии». Тут, скорее всего, «в ногу с модой» стандартные объекты будут представлены как «зелёные»…
Отдавая дань традиции, Казахстан не смог отказаться от соблазна в первую очередь рассчитывать на внешний эффект, поразить мир необыкновенным архитектурным футляром, под которым будут скрываться новые технологии, отражающие элементы «зелёной» экономики. И основная сумма выделенных участникам конкурса средств уйдёт на проектирование, строительство и создание перманентной проблемы – эксплуатация сооружений, их последующее использование; кому они будут принадлежать…
Тематика выставки могла бы быть наработана непосредственно в процессе проектирования – то есть создания сооружений энергоэкономичных, энергосберегающих. К сожалению, об этом ни слова в конкурсных заданиях. В задании на проектирование ЭКСПО-2017 («Условия международного заказного архитектурного конкурса на лучшую эскиз-идею выставочного комплекса ЭКСПО-2017…») слабо улавливается основная идея, которая, на мой взгляд, должна была быть главной, определяющей. Это – соответствие художественно-образных и инженерно-строительных решений принципам «зелёной» экономики.
Интуитивно каждая проектная группа будет всё это прорабатывать на своём уровне, ибо время дано минимальное, и, опасаюсь, будут в проектах имитации ветроагрегатов, солнечных панелей…
В погоне за оригинальностью архитектурных решений могут быть представлены и такие, которые окажутся противоположны самой сути «зелёной» экономики. Так, использование металлоконструкций и бетона отрицательно действует на формирование подхода к осуществлению концепции «зелёной» экономики. Сталь и цемент – материалы крайне энергоёмкие в производстве, нарушающие все требования охраны окружающей среды (при выплавке стали, обжиге компонентов цемента огромны выбросы загрязняющих веществ в атмосферу, требуется колоссальное количество углеводородного топлива; добыча и переработка этого топлива опять же очень энергозатратны; создание карьеров, шахт, скважин – также экологически вредны…)
Посмотрим, что считают по этим поводам специалисты.
«…сохраняя приличный уровень жизни, можно сократить затраты ресурсов и энергии в пять раз, а то и больше. …Если начать применять во всём мире уже существующие энергосберегающие технологии, то к 2020 году потребность в энергии будет вдвое меньше, чем сейчас.
Возобновляемые источники энергии (ветер, Солнце, приливы, сила падающей воды, внутреннее тепло Земли) дают в Швеции треть, в Норвегии половину, а в Исландии – две трети потребляемой энергии. При существующей технике эту долю практически в любой точке земного шара можно повысить до 80 %.
…Современные материалы и технологии строительства позволяют уменьшить расход энергии на отопление квартир и домов на 70-90 %, причём такие дома стоят не дороже обычных.
Электродуговые печи расходуют на тонну стали в 10 раз меньше энергии, в 8 раз меньше воды и в 40 раз меньше других материалов, чем мартены и кислородные конвертеры.
Расход энергии на тонну цемента можно сократить на 40 %, а есть новый вид цемента, который вообще не требует обжига. На его производство уходит на 85 % меньше энергии, чем на обычный цемент (правда, он годится не для всех построек).
…Если заменить деловые поездки интернет-конференциями, траты энергии и ресурсов на контакты сократятся на 99 %.
…эффективность железной дороги можно повысить на 60-80 %… сейчас в мире на исследования и разработки для автопрома направляется в сто раз больше средств, чем на совершенствование железных дорог.
Энергоэффективность пассажирских самолётов за последние 40 лет выросла вдвое и к 2050 году вырастет ещё на 40-50 %.»
(Вайцзекер Э. У., Харгроуз К., Смит М. Фактор 5. Формула устойчивого роста. Доклад Римскому клубу / М.: АСТ-Пресс, 2012)
Однако не все специалисты настроены столь оптимистично. В. Смил в книге «Энергетика: мифы и реальность. Научный подход к анализу мировой энергетической политики» (М.: АСТ-Пресс, 2013) сообщает, в частности, следующее.
«Когда открыли «высокотемпературную» сверхпроводимость, на неё возлагали большие надежды: хотели создавать длинные ЛЭП без потерь на сопротивление. Прошло более четверти века, но таких линий нет.
Не оправдало себя применение биотоплива. Предлагали заменить бензин спиртом из специально выращиваемых растений, чтобы избавиться от нефтяной зависимости и заодно прекратить поступление лишнего углекислого газа в атмосферу. Но земля нужна для выращивания пищевых культур…
Не пошли в серию автомобили на топливных элементах… Не возникла и «водородная энергетика».
Электромобили никогда не заменят обычный автомобиль с двигателем внутреннего сгорания. Хотя бы потому, что суммарная мощность всех автомобилей мира много выше суммарной мощности всех электростанций.
…В 1954 году Льюис Стросс, председатель американской Комиссии по атомной энергии, заявил, что АЭС будут давать настолько дешёвое электричество, что ставить счётчики, считать расход, выписывать и рассылать счета обойдётся дороже самой энергии.
В те же годы Энрико Ферми сказал: «Я не уверен, что общество согласится на применение такого источника энергии, который даёт огромное количество радиоактивных отходов, способных попасть в руки террористов». С тех пор положение только ухудшилось: стало больше и АЭС и террористов, а человечество так ничего и не предприняло, чтобы разрешить эту проблему.
…Применение возобновляемых источников энергии – ветер, солнечный свет, океанские волны, приливы и отливы, разница температур между поверхностными и глубинными слоями океанов – ограничивается тем фактом, что энергия этих источников очень рассеяна, часто непостоянна и добывать её дороже, чем по-прежнему опираться на ископаемое топливо…
Иногда пишут, что если использовать хотя бы 1 % глобальной энергии ветра, это удовлетворило бы потребности в энергии всего мира. Но никто не объясняет, каким образом улавливать энергию воздушных потоков, несущихся со скоростью 100-200 километров в час на высоте 10-12 километров. А в оптимистическом расчёте учтены именно эти потоки. …в мире много плотно населённых районов, где ветер очень слаб, а энергии нужно очень много, так что пришлось бы снабжать эти районы через длинные ЛЭП. Мы можем надеяться, что в 2030 или 2040 году от ветра мир будет получать 15 % нужной ему энергии; достижение доли в 30 % маловероятно, а 50 % просто невозможно.»
Позиция казахстанских специалистов – реалистична. С учётом нашей специфики утверждается ими следующее.
«…Бакберген Тузелбаев < доцент Алматинского университета энергетики и связи> проиллюстрировал общую энергетическую ситуацию в цифрах; пока в стране 80 % энергии дают угольные источники, 3 % — ГЭС, 7 % — газ и нефть и всего 0,5 % — альтернативные источники.
…Проблема в том, что реальные энергоресурсы ограничены, — пояснил Сергей Болотов < академический советник Российской инженерной академии>, — единственная отрасль, которая может динамично развиваться, — это «зелёная» энергетика.
…Мы всё время говорим: давайте привезём специалистов с Запада. Думаю, нам нужны свои, казахстанские специалисты для создания независимой энергетики.
…Тригидрационное оборудование, теплонасосные установки, ныне работающий центр возобновляемых источников энергии – все эти разработки включены в список ЭКСПО-2017… Огромные деньги сейчас выделяются для поддержки научных изысканий в преддверии этой масштабной экспозиции технологий будущего
…Мы должны довести объём энергии, получаемой из альтернативных источников, до 20 % в энергобалансе Казахстана. А к выставке реально развить этот сектор до 5 %. К 2017 году нужно набрать так называемую критическую массу, чтобы поднять интерес профессионалов к Казахстану…» (Казахстан-2050: зелёный свет для экономики. «Байтерек» № 3 (74), 2013).

А ведь будь распределение средств в подготовке нового подхода таким, чтобы главным стали не архитектурные изыски, а адекватное отражение тематики – можно было бы использовать уже имеющиеся в Астане выставочные комплексы с дополнением их собственно «ЭКСПО-2017-объектами». Здесь нельзя сравнивать, даже брать что-то по аналогии с проведением, например, Олимпийских игр, когда олимпийский комплекс возводится полностью с нуля – или используются имеющиеся объекты с добавлением комплексов для вновь вводимых в месте проведения олимпиады видов спорта. Тематика выставки не предполагает создания специализированных залов, комплексов. В каждой стране, в каждом городе уже есть выставочные залы универсального назначения, где можно проводить и тематические экспозиции, не создавая новых «тематических» сооружений. Пока можно прогнозировать, что участники – страны СНГ – тяготеют к такой форме. Планируемое проведение ЭКСПО-2020 в России также повлечёт помпезность и гранди-озность, будут затрачены колоссальные средства… Особая тема – проблема последующего использования сооружений выставки (один из примеров – снос «Кристалл-Паласа», главного павильона Лондонской Всемирной выставки). Разборка, перенос или даже эксплуатация павильонов после выставок – также большая нагрузка на муниципальные бюджеты…

Внутреннее содержание, наполнение сооружения зависят от состава участников и посетителей; не каждая страна может быть участником, если не достигнут определённый уровень развития, не сделан прорыв в какой-то из тематических областей. С посетителями – тоже «большая разница». Не каждый захочет посетить выставку, если он не специалист или человек, у которого диапазон интересов охватывает тематику экспозиций. Большинство посетителей – люди, которым необходимо вовлекающее зрелище, действие, участие, и если посетитель будет знать, что, к примеру, при входе он каким-то образом выработает энергию, необходимую для изготовления персонального сувенира – это активизирует интерес к посещению.
Работы казахстанских учёных и исследовательских центров должны быть широко представлены в экспозиции. Пока что большинство разработок относятся к преобразованию в электричество энергии ветра и солнца посредством специальных установок и последующее использование его для, в частности, производства продуктов питания. Но ведь давно обозначено направление, заданное ещё Тимирязевым – фотосинтез, преобразование солнечной энергии напрямую, минуя технологические ступени с низким КПД – то есть процесс космический. Глубокое изучение процессов преобразования энергии в альтернативных технологиях позволяет рассчитывать найти решения, в том числе с использованием пресловутых нанотехнологий, которые напрямую преобразуют солнечную энергию в белки…
Экспозиции могут быть заполнены ремесленными, прикладными разработками, макетами и моделями, где мало науки и технологий, и потому строятся громадные производственные участки для выработки единичных экземпляров такого продукта – это неприемлемо для современного уровня производства. А ведь можно представить иное, чем имеющее пока место, соотношение ремесла и науки как 80% к 20%…

Вызывает сомнение, что все проектные группы равно конкурентоспособны – особенно это относится к «инициативным» участникам конкурса. Перед архитекторами стоят очень трудные задачи – представить на конкурс проекты таких объектов, которые сочетают содержание тематики ЭКСПО с формами, внешним обликом выставочных сооружений, павильонов. Сами эти сооружения должны быть энергонезависимыми, энергосберегающими, а может быть, и энергогенерирующими. Кто из архитекторов сможет решить такие задачи? В погоне за тем, чтобы стать страной-организатором такой выставки, не представлялось, насколько проблематично её проведение. Видимо, организаторам хорошо известны привлекаемые к заказному конкурсу компании – но, может быть, условия конкурса ещё возможно откорректировать вот в какую сторону. У групп инициативных мало мотивации, а часть средств, сэкономленных за счёт отклонения части предложений «заказных» участников конкурса, как раз и можно было бы перенаправить на стимулирование, поощрение отечественных производителей интеллектуального продукта.
Итак, само проектируемое здание должно быть экспонатом, отвечающим тематике. Представление архитектурного облика в энергоёмких конструкциях, с «украшением» их элементами ветро- и гелиоэнергетических установок (лопасти, вентилирующие пустое пространство, солнечные батареи, не генерирующие электроэнергии) – не может являться решением, которое должно рассматривать жюри конкурса. Кем вырабатывались критерии отбора конкурентоспособных решений?
«Альтернативная энергия» составляет всего 1,8 % в вырабатываемой в мире энергии, и ЭКСПО-2017 в Астане должна дать направление прогрессу в этой области.

В общем, выставка должна дать толчок к развитию в Казахстане направления проектирования энергонезависимых, энергосберегающих, энергогенерирующих сооружений. В стране пока не происходит действенных научных изысканий, разработки изобретателей сталкиваются с проблемами недостаточной глубины исследований, скудны аналитические материалы, на базе которых конкурсанты могли бы разрабатывать свои проекты. А ведь идеальные принципы «зелёных технологий» можно видеть в традиционной казахской юрте, изготавливаемой без применения энергоёмких машинных технологий, с применением отработанных практикой приёмов, усилий человека и натуральных материалов…
Практически к началу августа 2013 года должен быть завершён конкурс. Что мы можем получить при таких затратах? Возможно, авторам проектов, заинтересованным лицам, а тем более просто гражданам страны неведомо, что неявно в конкурсном задании. Да, сегодня получим проект-идею, но не во всякой идее заложена возможность корректировать её по ходу реализации проекта… Но заинтересованность в успехе ЭКСПО у нас не наигранная, а искренняя, желающая проведения действительно продвигающей прогресс выставки.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *