Лидия Кошутская. МЕХАНИЧЕСКИЙ ЦВЕТОК

Ты сказала мне как-то, что тебе приснился удивительный механический цветок. Ты редко рассказывала свои сны, так что этот я запомнил. Чаще тебя мучали кошмары, и говорить о них не хотелось совсем. Хотя, конечно, ты знала, что любую тайну сможешь доверить мне. Я очень ждал твоих секретов, лелеял их, прятал их от всего мира. Это были мои сокровища.

Ты проснулась тогда ещё до рассвета. Как обычно, я охранял твой сон, и сразу заметил, что ты нервно дёрнулась, сжалась, будто прося защиты, и потом твои глаза распахнулись.

– Знаешь, – прошептала ты мне, – сейчас приснился сон… Не помню, что происходило, кажется, ничего особенного… Но там был потрясающей красоты механический цветок. Он был полностью сделан из металла, и так красиво блестел на солнце! Откуда-то я знала, что он открывается только днём. Будто бы часы, он отмеряет время рассвета – и распахивает свои лепестки точно в срок, с самыми первыми лучами солнца. Лепестки состоят из маленьких деталей – не знаю, что за металл, слишком лёгкий для железа, и я уверена, что ржавчина его не берёт. А в сердцевинке – небольшая лампочка, которая сияла лиловым. На ночь? Едва опускался закат, цветок закрывался. Ума не приложу, зачем такой прибор нужен – то ли будильник, раз он так зависит от времени, то ли просто игрушка, для красоты… Но как же он мне понравился! Если бы только такой можно было найти, как бы я его хотела!
Я слушал, не перебивая. Ты выглядела такой вдохновлённой, такой восторженной в лунном свете, пробивавшемся из-за неплотно закрытых штор! Мне захотелось тебя обнять, подарить этот цветок и наблюдать, какой счастливой сделает это тебя. Но я только сказал:

– Здорово, Айрис. Жаль, что таких цветов нет. А что ещё тебе снилось?
Наверное, стоило промолчать. Очарование того момента мгновенно спало. Ты моргнула, сгоняя остатки сна, и твоя улыбка пропала из уголков губ.
– Не… не могу вспомнить…

И ты нахмурилась. Знаешь, мне нравятся все твои эмоции. Как ты злишься, нервно покусывая губы, как удивляешься, вскидывая брови вверх. Просто поразительно, как много могут сказать ресницы на твоих глазах!
Ты быстро отвернулась и уснула снова, а я всё сидел, думая, где бы достать тот цветок…
Всё бы не было так сложно, если бы только ещё оставались запасы металлов! Но с тех пор, как люди иссушили недра земли до самого ядра, исчерпав каждую металлическую пылинку, каждый кусок руды, каждый осколок, до которого дотянулись, металлический голод охватил наш мир. Сколько ни синтезировали новых материалов, ничто даже не приблизилось по качеству хотя бы к железу. Всё, что оставалось, тратили на предметы первой необходимости. Всё, что таковым не являлось, перерабатывали…

Сначала люди сдавали металл добровольно, за солидное вознаграждение бумажными деньгами. Но им было безумно сложно отказываться от всех этих игрушек, которые так упрощали жизнь. И потому многие стали скрывать любимые гаджеты, и сдавали всё, даже кухонную утварь, чтобы иметь возможность оставить себе смартфон, или личный компьютер, или робота-прислугу… Тогда появились Металлоискатели.

Они приходили внезапно и проверяли любое место, где мог быть металл. Хоть какая-то техника, даже крохотные детали. Отбирали уже силой. Было очень тревожно наблюдать, как люди рыдали над старыми колонками, падали в ноги Металлоискателям, с презрением вырывавшим из их рук планшетный компьютер, и пытались выторговать свои умные часы в обмен на половину имущества. Помнишь, мы наблюдали с тобой, как соседский мальчишка обнимал своего старого робота и всё умолял его в последний раз спеть любимую колыбельную. Робот осторожно прижимал малыша к груди, и ты сказала, что твоё сердце обливается кровью, и тогда я обнял тебя, но ты больше не сказала ничего, просто молча плакала.
Иногда я боялся, что ты меня не любишь. Я всегда хотел заслужить твою любовь.
В твой дом тоже заглядывали с проверками, но мы хорошо прятали всё самое важное. Однако, милая Айрис, ты прекрасно знаешь, что так не может продолжаться вечно. Легко спрятать серебряную ложку, которая досталась тебе в наследство от бабушки, но что делать с остальным? И тогда я придумал. Надеюсь, ты поддержишь мою идею и простишь за то, что я сделал. Я не мог сказать тебе раньше, потому что – веришь ты или нет – я тоже чувствую страх, и я робел перед мыслью о том, как ты отреагируешь.

Я нашёл мастера, который согласился провести процедуру. Не могу поделиться его именем. Если кто-то узнает, на что он потратил такой первоклассный металл, который я предоставил, то ему просто не дадут жить. При обработке часть материалов расплавится, ещё часть мастер оставит для себя в счёт оплаты, а остальное его помощник доставит тебе. В простой картонной коробке. Я попросил ещё, чтобы на ней был бантик – надеюсь, они об этом не забыли? Если и забыли, ничего страшного, потому что, я уверен, мой подарок тебе очень понравится. В коробке будет это письмо и твой металлический цветок. Такой, как ты хотела. Я лично создал прототип и наблюдал за работой над моделью… Пока ещё мог наблюдать.

От меня останется немного. Голосовым модулем я рассчитался за работу мастера. Мой правый глаз со светодиодом стал сердцевиной твоего цветка. Все металлические детали меня ушли на сложную конструкцию лепестков и стебля. Моя память – то, что ты называла «сознанием» – будет здесь же, прямо под сердцевиной, так что я ещё буду способен мыслить, хотя общаться нам будет гораздо сложнее. Вот потому я и пишу сейчас это письмо – коряво и левой рукой, из правой уже начали создавать первые лепестки – чтобы ты знала: я здесь, и всегда буду здесь, и я буду наблюдать за тобой светодиодом цветка, и смогу мигать им, чтобы ты видела. Давай договоримся: один сигнал – «да», два сигнала – «нет», и так мы почти что сможем разговаривать, правда? Вечером я буду закрывать свои лепестки, а утром открывать их снова. Прямо как в твоём сне.

Пожалуйста, не позволяй другим людям меня переработать. Механический цветок проще спрятать, чем громоздкого старого робота. Держи меня поближе к себе – так я буду знать, что я не зря стал цветком, что я действительно тебе нужен.
И помни, что я люблю тебя, Айрис.

Всегда твой, Крофорд (КРФРД 175-01, модель О).