Гания Чагатаева. ВЕРЕТЕНО

 

 «Мир правит Всем через Все»
Гераклит

Веретено – бытовой предмет, изготовленный из дерева, женский атрибут, предназначенный для прядения шерсти. Форма веретена – широкая «голова» и тонкий конец. Этот простой утилитарный предмет, издревле существовавший у многих народов, из века в век несет глубокий космогонический смысл.

Основной метафизический контекст веретена – взаимопроникновение круга Неба и эманации Земли, как единой взаимодействующей субстанции. Веретено – атрибут Великой матери, Ткачих судьбы, образ Великой Небесной пряхи, которая сучила бесконечную нить Вселенной.

Древние говорили: «Как внизу – так и вверху, как вверху – так и внизу».

Прядение – процесс скручивания, наматывания нитей судьбы, связанный в различных культурах с темой сырья (шерсть, руно, волос, лен, хлопок и т.д.). Пучок шерсти – модель первозданного хаоса, хрупкость человеческой жизни и тонкая нить, соединяющая с земным существованием. Вращение – наматывает, (организует), структурирует нити хаотического мира, олицетворяя жизнь, неумолимый бег времени, процесс созидания миров.

Символическое движение Вселенной как кругово-вращательный процесс присутствует в многочисленных верованиях и ритуалах, которые хранятся в реликтовой памяти многих народов: обход верующих священной Каабы, сокровенные танцы суфиев. Глубокое выражение любви и заботы казахском языке – слово айналайын (хожу вокруг тебя), имеет тот же мистический сакральный смысл.

Космогонический код центрического начала в архаических культурах выражается как Железный столб, Мировая гора, Древо жизни, яйцо Брахмы и т.д. В казахской традиционной культуре – это Темир казык, Ось вселенной, нити, связывающие Время:

«Три ли, семь ли, девять ли небес над Хангаем, по-разному поют тюрки. На самом высоком из них живет старая-старая женщина. И кружится весь мир оттого, что кружится ее веретено. И днем и ночью, и зимой и летом – годы, столетия, целую вечность бежит эта нить, свивая Время. А внизу так же бесконечно бежит Онги, Идер и Орхон. И кружат Акбозат (Белый конь) и (Кокбозат) вокруг Золотого кола. И птицы улетают осенью, и прилетают весной, замыкая годовой круг. И миры кочуют, кружатся по своим весенним, летним, осенним и зимним пастбищам. Вращаются белые и черные нити веретена, смешиваясь в пестрый клубок; сменяя друг друга, сливаясь в вечность, бегут белые и черные дни. А внизу все так же бесконечно бегут Онги, Идер и Орхон».

Сакральные танцы суфиев, церемония вращения ордена дервишей восходит к вдохновению, пришедшему к великому персидскому мистику Джалал ад-Дину Руми, открывшему и проявившему через мистический танец сокровенные тайны мира. Вдохновителем Руми явился его друг – Шамс Табризи. В литературе он известен под прозвищем «зардуз», что по-персидски означает «вышивающий золотой нитью». Его сакральное имя – Хэйт (нить, шнурок), оно связано с паутиной и мельчайшими частицами, которые кажутся танцующими в лучах солнца. Танцы кружащихся дервишей были изначально храмовым ритуалом, действием только посвященных. Чтобы быть допущенным, монах три года проводил в молитве, аскезе, первый год служил ближним, второй Богу, третий – посвящал совершенствованию своего духа. Хусейн Ибн Мансур аль – Халладис, подобно многим адептам, в качестве псевдонима выбрал имя профессии – Халладис (чесальщик шерсти или хлопка). Суфии всегда выбирали имена профессий, которые могли (благодаря двойному значению) служить указанием на суфийские функции. Суфийская сама – вращающаяся искра, постижение тайны озарения таджалли. Вращение в суфизме как молитва, медитация помогает «искателю» достичь гармонии с внутренним миром и мистической реальностью в своем «тайном саду».

В пантеоне синкретических сект в Китае запечатлены представления о предельной реальности и творческом процессе мироздания. Это культ «Нерожденной Праматери» (Умэн Лаому), которая отождествлялась с беспредельной и подлинной Пустотой. Считалось, что «Нерожденная Праматерь» породила космические стихии, установила «первичное Небо», первозданный хаос. Она противопоставила хаос его «позднему Небу» — миру форм. «Нерожденная Праматерь» повелевает, создает из хаоса космос.  Творцом же мира является Древний Будда небесной подлинности.  «Нерожденная Праматерь» не творит, а пронизывает все сущее. Будучи «абсолютно иной», она, в силу самоотрицательной природы Пустоты, преодолевает рамки метафизического бытия и как бы «возвращается в мир». Пустота – символ предельной цельности и полноты бытия. Это пустота утробы «матери мира», вмещающая в себя и вскармливающая все сущее; пустота колесной втулки, держащей колесо мирового круговорота, пустота кузнечного меха, производящее все движение в мире. Пустота подобна паузе, движущей силы, формирующей ритм.

«Нерожденная Праматерь» подобна Богоматери, которая созидает мир рождением Спасителя. В средневековой иконографии, встреча Архангела и Марии происходит в момент ее работы над пурпурной тканью для Иерусалимского храма, что является символом зарождающейся плоти Христа, которая «ткется» в чреве матери, как пурпурная пряжа. В изображении Благовещения среди различных символических предметов, нередко встречается образ веретена, либо различные мотивы ткани, что олицетворяет жизнь, непрерывное течение времени и переход из одного мира в другой.

В индуизме Созидательное Бытие и Природа – два аспекта Брахмы, который Вечен. Он есть воплощение творческого принципа существования, персонализация Абсолюта, как высшего объективного начала уплотнения, из которого возник сотворенный мир. Когда Брахма проявляет себя, он переходит в состояние Пуруши (главенствующего бытия) и в состояние Пракрити (исполнительной силы). Оба они служат осуществлению намерения Брахмы в проецировании этого мира из его обширного Бытия. Их взаимодействие – та Ось, на которой вращается все мироздание. Пуруша пребывает как Сущее, и Пракрити пребывает в Брахме как Сознательная сила.

Гипотеза целостности, управляемости и разумного начала Вселенной с незапамятных времен существует и в развитии философской мысли.

Платон в «Тимее» создает прекрасный «Подвижный образ Вечности»: «Пожелав чтобы все было хорошо, а худого по возможности ничего не было, Бог таким образом все подлежащее зрению, что застал не в состоянии покоя, а в нестройном и беспорядочном движении, из беспорядка привел в порядок, полагая что последний всячески лучше первого… поэтому замыслил он сотворить некое движущее подобие Вечности; создавая Небо, он вместе с ним творит для Вечности, пребывающем и в едином, вечный же образ, движущийся, от числа к числу, который мы назвали Временем». Творец у Платона не создал мир из ничего, а как бы перестроил из имеющегося материала.

Аристотель говорил, что есть «нечто», что порождает движение и это «нечто» является самой неподвижной вечной субстанцией, неким неподвижным двигателем: «…есть вечная неподвижная и обособленная от чувственно-воспринимаемых вещей субстанция… эта субстанция не может иметь какую-либо величину, она лишена частей и неделима…. Эта субстанция не подвержена ничему, ибо все другие движения – нечто последующее по отношению к пространственному движению».

Декарт разработал свою теорию образования вихрей; Лейбниц верил, что Вселенная самопроизвольно порождает бесконечное число монад, между которыми существует «предустановленная гармония», производящая видимость взаимодействия.

Картину Вселенской космогонии уверенными мазками изображают греческие философы-досократики. Анаксимандр говорил, что существует движение, в процессе которого произошло образование миров.

Гераклит твердо стоял на всеобщем равенстве вещей, одинаково переходящих одна в другую, как созданная хаосом и войной, и погибающая в этом хаосе и войне, где субстанцию Вселенной пронизывает «логос», от которого возникает «мера» изначального круга времени. Его «огненный логос» ритмически охватывает все становления, в котором вещи равны перед вечной стихией периодически возникающего и погибающего космоса: «Из космического хаоса вечно вырастает также и гармония вселенского ритма бытия, все оформленное, живое, поражающее редкостью своих очертаний и скульптурной формой своих проявлений». Говоря «о прекраснейшем строе мира», мировом порядке, тождественном для всего сущего, Гераклит устранил из мира покой и неподвижность.

Анаксагор учил об абстрактно-всеобщем характере бытия, чистом, несмешанном «уме», находящемся вне материи и способствующий формированию этой материи: «Он (ум) – тончайшая и чистейшая из всех вещей, он обладает совершенным знанием обо всем и имеет величайшую силу. И над всеобщим вращением господствует, как над большим, так и над меньшим, господствует «ум», от которого это круговое движение наметило начало».

В тумане метафизики греческой философии выделяются атомисты Левкипп и Демокрит. Они полагали, что все состоит из атомов, и пространство между атомами неделимо и неразрушимо. Они дали математически точное определение мирового хаоса, как упорядоченного движения атомов в пространстве Вселенской Пустоты: «В течении атомов находится некая живая духовная сила».

Теории Левкиппа и Демокрита наиболее приближены к научным открытиям ученых нового времени.

Современная научная мысль придерживается непрерывных динамических процессов природы космического пространства.

В обобщенном и упрощенном варианте это звучит так: физический вакуум – прародина Вселенной, но ничего статичного не существует, все находится в нескончаемом ритмическом движении под действием центробежных и центростремительных сил. Фотоны, нейтрино, протоны, электроны, атомы. Все во Вселенной, включая звезды, планеты, галактики, квазары, все мироздание управляется из единого центра, имеет свою Ось и вращается вокруг своей Оси.

Вселенная имеет тороидальную модель и подобна однажды кем-то запущенному механизму. Процесс вращения создает пространственные гравитационные, торсионные поля (лат. torsio – кружение).

«Земля была безвидна и пуста, и тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою». В этих вихрях в определенных условиях образуется упругая среда, которую древние называли Акаша. С XIX века научная терминология этого значения – Эфир. Акаша в переводе с санскрита – Невидимое Небо, Первоначальный импульс, Начало проявления, Всепроникающая среда. В Пуранах сказано, что Акаша – это звук, символ Логоса. Эфир (физический вакуум, скалярное поле, поле Хиггса) – это субстанция, в которой заключается Вечная мыслеоснова Вселенной. В ее изменяющихся аспектах излучается Логос, или выраженная Мысль. Эфирные вихри формируют частицы Первоматерии; весь мир соткан из Первоматерии. Невидимые нити Первоматерии можно узнать по стройной системе атомов и молекул, которые держит ее всепроникающая структура. Вселенская материя превращается в энергию, энергия – в материю, способствуя непрерывному расширению Космического бытия.

Танцуют все! Любой вид непрерывного вращения подключается к мировой системе торсионных полей, заряжаясь энергией метафизических миров, символизируя жизнь, движение времени, являясь зримым структурированием мирового хаоса в порядок. Это непрекращающийся, вечный космический танец, за которым стоит никому не известный таинственный автор.

«Маятник говорил мне, что, хотя выражается все: Земной шар, Солнечная система, туманности, черные дыры и любые порождения грандиозной космической системы, от первых эонов до самой липучей материи, — существует только одна точка, ось, некий шампур, Занебесный Штырь, позволяющий остальному миру обращаться около себя».
(Умберто Эко «Маятник Фуко»)

 

Список литературы:

  1. Едыге Турсунов, Кайрат Жанабаев – «Звездная Песнь Серебристой Волчицы»; изд-во Рух — Мирас; 2005.
  2. В.Волков — «Синкретические религии в Китае»; Религии мира; изд-во Наука;
  3. В.В. Малявин, Виногродский  — «Антология даосской философии»; Изд-во Клышников-Комаров и К; Москва; 1994.
  4. Идрис Шах – «Суфизм»; изд-во Клышников-Комаров и К; Москва; 1994.
  5. Платон — «Тимей»; Перевод С. Аверенцева; изд-во Мысль; 1994.
  6. А.Ф. Лосев – «История античной эстетики»; Ранняяя классика. 1994.
  7. Библия – (Бытие -1:2).
  8. Тимур Темирбулатов – «Законы устройства мира»; Москва; 20017.
  9. Бертран Рассел — «История западной философии»; изд-во Москва; 2010.
  10. Умберто Эко – «Маятник Фуко»; Перевод Елены Костюкович; Издательство АСТ; 2011.